– Кто этот «он»?

Иоланта с трудом поднялась с пола и села. Андрей с радостью обнял бы ее, но в данный момент он и так был близок к ней, как никогда раньше. Она указала ему на стул в конце длинного стола, стоявший немного в стороне.

– Он вовсе не капеллан моей двоюродной бабушки, – заявила она. – Я не знаю, кто он такой. Мне известно лишь его имя – Ксавье Эспиноза, отец Ксавье Эспиноза, и я знаю, что он монах-доминиканец. Больше он ничего не открыл мне о себе. Я даже представить себе не могу, кто он такой на самом деле, да и знать этого не хочу.

– Но почему именно ты?

Иоланта пожала плечами.

– Почему кому-то на голову падает черепица? Почему человек заболевает и умирает от болезни? Он пришел в приют для падших женщин, которым заведуют монахини монастыря Святой Агнессы. Я не знаю, что он рассказал матушке настоятельнице, но она отпустила меня с ним, да что уж там – она просто отослала меня прочь. Подозреваю он солгал ей. Не верится, что она сознательно отпустила одну из своих подопечных с этим чудовищем.

– Чудовищем? Да он просто угрюмый тощий тип с сильным акцентом…

– Он шантажирует меня ребенком, – прервала она его.

Андрей промолчал. Иоланта вытерла рукавом слезы высморкалась в платок и стала неохотно приводить себя в порядок. Неожиданно силы снова оставили ее, и руки безвольно повисли вдоль тела. Она опять начала плакать.

– Я так больше не могу, – шептала она. – Я так больше не могу…

– Сколько твоему ребенку? – спросил Андрей.

– Почти шесть месяцев, – всхлипнула она.

– Это девочка?

– Мальчик.

– Как его зовут?

Она спрятала лицо в ладонях и горько разрыдалась. Он с большим трудом понимал ее.

– Вацлав.

– Где он?

– В сиротском приюте, у кармелиток. Мне не позволяют видеться с ним. Он сказал… он сначала сказал, что ребенок болен, а потом сказал, что он поправился, потому что он попросил сестер получше о нем заботиться. И еще, что ему ничего не стоит попросить их об обратном. Вацлав такой маленький, такой слабый… Господь на небесах, помоги моему сыну!

Ее горе болью отразилось в его сердце. Он обнял ее за плечи, и она прижалась к нему. Он бессознательно сомкнул руки в замок и начал покачивать ее.