– Отпусти меня, животное! – прошипела Терезия.

– Выводи отсюда людей, мразь! – не сдержался Киприан. – Никлас и Себастьян не в состоянии передвигаться самостоятельно. Выводи всех!

Она выпрямила спину. Киприан молча развернул ее. Она закричала. Раздался треск материи. Он сунул ей в руку кусок ткани, оторванный от задней части ее платья, затем закрыл себе рот и нос своей повязкой.

– Вот так! – свирепо закричал он. – Вот так!

Их взгляды встретились. Она кивнула, развернулась и принялась выкрикивать распоряжения. Двое других слуг, спотыкаясь, вышли вперед и рывком подняли на ноги Никласа. Киприан соскочил вниз, к началу лестничного пролета, и встал возле поворота. Жар ревел у него за спиной. Его одежда уже почти высохла, и он чувствовал: еще немного – и жара станет невыносимой. Следующий пролет был погружен в непроницаемый мрак; дым стоял густой черной стеной. Никлас и его помощники испуганно отшатнулись.

– Вперед, вперед!

Они, спотыкаясь, побрели дальше, и дым поглотил их. Следующим шел Себастьян Вилфинг. Терезия Вигант стояла на пару ступенек выше него, подталкивая и подтаскивая всех колеблющихся; Киприан заставил ее двигаться за остальными.

– Комната! Комната!

Горничная Агнесс жестикулировала, как безумная, и отчаянно сопротивлялась Терезии. Стоявшие позади них закричали от страха. Терезия схватила женщину за волосы, чтобы заставить ее идти вперед.

– Комната, комната!

Киприан помчался назад. В дрожащем воздухе прохода он увидел две двери по правой стороне. Одна была заперта, вторая приоткрыта. Он повернулся к горничной. Та, плача и крича, указала ему на запертую дверь.

Киприан и Терезия обменялись понимающим взглядом. Ее глаза расширились. Киприан кивнул и побежал назад по коридору.

Жар был просто невыносимым. Он вынудил молодого человека прижаться к полу, едва тот успел сделать десяток шагов. Здесь также был сквозняк, удерживавший жар и не дававший ему охватить лестницу, но чем дальше Киприан продвигался, тем слабее становился ветерок. Он полз на четвереньках, пытаясь хоть как-то защитить лицо. В ушах стоял гул от бушующего пламени. Сколько еще идти? Он поднял голову, и ему показалось, что в лицо ему дохнул дракон.

До двери оставалось меньше двух метров. Киприан подумал, что, пока доберется туда, кожа уже слезет с его щек; тогда он развернулся и пополз пятками вперед. Выполняя этот маневр, он с ужасом заметил, как дымится кожа его сапог. Наконец он добрался до места и ударился о дверь. Она распахнулась, выскочила из петли и криво повисла в проеме. Киприан собрал оставшиеся силы и, вскрикнув, кубарем вкатился в комнату. Он попал в полностью заполненное дымом помещение, и ему показалось, что здесь прохладнее, чем в коридоре.