Бедняжка, она не знала, что еще сказать; она была не из нервных девиц, но что-то в поведении Джорджа очень пугало ее, и она с тревогой огляделась, чтобы посмотреть, нет ли поблизости кого-нибудь… Однако вокруг было пусто, как на кладбище.

— Вам незачем искать помощи, я не хочу ни пугать, ни оскорблять вас; мое дело к вам достаточно благородно. Я хочу, чтобы вы пообещали выйти за меня замуж, вот и все; вы должны обещать это, я не приму отказа. Вы были созданы для меня, а я для вас; совершенно бесполезно сопротивляться мне, потому что вы должны выйти за меня замуж. Я люблю вас, и по этому праву вы принадлежите мне. Я люблю вас… люблю тебя!

— Вы… любите… меня? Вы?!

— Да! Почему вы так на меня смотрите? Я ничего не могу поделать с этим чувством, вы так прекрасны; если бы вы знали свою красоту, вы бы поняли меня. Я люблю ваши серые глаза, даже когда они вспыхивают и горят яростью, как сейчас. Ах, они еще будут ласково смотреть на меня, и эти сладкие губы, которые сейчас так презрительно изгибаются, еще поцелуют меня… Послушайте, я полюбил вас, впервые увидев в гостиной Айлворта, я любил вас все больше и больше, пока был болен, а теперь я люблю вас до безумия. Так что, как видите, Анжела, вы просто обязаны поскорее выйти за меня замуж.

— Выйти за вас?!

— О! Только не говорите, что вы этого не сделаете никогда, ради бога, не говорите! — воскликнул Джордж, внезапно меняя тон с уверенного на просительный. — Послушайте, я на коленях умоляю вас не говорить этого. — И он действительно бросился на траву и пресмыкался перед ней в безудержном порыве страсти.

Анжела сильно побледнела и ответила ему холодным, тихим голосом, каждый слог которого ранил Джорджа, как удар ножа.

— Это было бы совершенно невозможно по многим причинам, но мне нужно только повторить вам всего одну, о которой вы уже знаете. Я помолвлена с мистером Хейгемом.

— Ба, это ерунда. Я знаю это, но вы же не откажетесь от такой любви, какую я могу предложить вам, из-за легкой привязанности какого-то юнца! Мы сможем быстро от него избавиться. Напишите ему и скажите, что вы передумали. Послушайте, Анжела, — продолжал он, схватив ее за подол платья, — он не богат, у него денег хватает только на то, чтобы содержать себя одного. У меня в пять раз больше денег, и вы поможете мне их тратить. Не выходите замуж за молодого нищего, вы ничего не получите для себя. Вам гораздо выгоднее выйти за меня!

Джордж был убежден — на основании своего опыта общения с женщинами — что любую из них можно купить, если только вы предложите достаточно высокую цену; но, как показало дальнейшее, он вряд ли мог найти худший аргумент для такой женщины, как Анжела. Наоборот, его слова возбудили в ней негодование, которое затмило и страх перед Джорджем, и некоторое сочувствие к очевидной искренности его страданий, которые до сего момента сдерживали девушку. Она с такой силой вырвала у него из рук подол платья, что в руках Джорджа остался лоскут.