Внизу этого почти нечитаемого письма было нацарапано слово: «АРТУР».

Анжела медленно прочла его — и яд, наконец, подействовал. Девушка больше не кричала, не звала Артура; она была ранена в самое сердце, и весь свет погас в ее глазах.

— Это его почерк, — медленно произнесла она. — Прошу прощения, леди Беллами. С вашей стороны было очень мило ухаживать за ним…

Затем, прижимая письмо к груди одной рукой, другой она наощупь помогла себе добраться до двери.

— Очень темно здесь… — произнесла она растерянно и тихо.

Глаза леди Беллами торжествующе блеснули, и она застыла, наблюдая за жалким зрелищем человеческих страданий с таким же любопытством, с каким римская матрона смотрит на умирающего гладиатора. Когда Анжела подошла к двери, все еще прижимая письмо к сердцу, она снова заговорила:

— Любой удар наносит Бог, Анжела, поэтому религия и духовные теории, в которые вы верите, принесут вам утешение. Скорее всего, это вообще скрытое благословение — со временем вы даже научитесь быть благодарной за произошедшее.

Леди Беллами переиграла. Эти слова прозвучали фальшиво, они рассердили мистера Фрейзера; однако гораздо сильнее они подействовали на истерзанные нервы Анжелы. Бледные щеки девушки вспыхнули, она повернулась и заговорила, но в ее лице и голосе не было гнева — ничего, кроме печали, кроме величественной и непостижимой любви, затаившейся в глубине ее души. Только глаза казались такими же незрячими, как у лунатика, который ходит во сне.

— Это его почерк

— Когда настанет твой час ужасной беды — а он настанет — моли Бога, чтобы никто не насмехался над тобой так, как ты сейчас смеешься надо мной.

С этими словами она неловко повернулась и медленно вышла из комнаты, слепо нащупывая дорогу.

Ее последние слова сильно задели победительницу. Кто может сказать, какой скрытой струны они коснулись или какое предчувствие беды они пробудили? Однако правда была в том, что они едва не заставили леди Беллами упасть. Вцепившись в каминную полку, она хватала ртом воздух, потом, немного придя в себя, сказала:

— Слава Богу, все кончено.

Мистер Фрейзер едва ли заметил этот последний инцидент. Он был так ошеломлен при виде агонии Анжелы, что закрыл лицо руками. Когда он снова отнял их, леди Беллами уже не было в комнате, он остался один.

Глава L

Глава L

С того ужасного Рождества прошло три месяца. Анжела была убита горем и после первого приступа отчаяния обратилась к единственному оставшемуся у нее утешению. Оно было не от мира сего.