Бедриак, собрав крохи последних сил, попытался ответить. Его взгляд качнулся к Тинкоммию, снова перебежал на Катона, с губ сорвался слабый шепот:

– Он рос… на моих глазах…

Тинкоммий мягко оттеснил Катона, положил ладонь на чело Бедриака и нараспев произнес:

– Засыпай. Спи спокойно, Бедриак, охотившийся на зверей. Да убаюкают тебя…

– Прекрати! – выпалил Катон. – Помолчи, дурень, ведь нам надо узнать…

Тинкоммий поднял на него гневный взгляд:

– Он умирает.

– Тут я бессилен. Помочь ему я ничем не могу… и никто не может. Но мы должны выяснить, с чем он шел: ты же слышал, кто-то замыслил убить вашего государя. Прочь, дай мне его расспросить!

– Слишком поздно, – пробормотал Артакс. – Смотри, он умер.

Катон отвернулся от Тинкоммия и посмотрел на Бедриака. Охотник был неподвижен, невидящие глаза уставились в потолок, челюсть отвисла, дыхание, доселе хриплое, стихло. Лекарь, пытаясь обнаружить признаки жизни, наклонился, приложил ухо к груди знаменосца, но спустя несколько мгновений выпрямился и убрал с его раны насквозь промокший тампон. Катон увидел колотое отверстие, похожее на темный, жаждущий насыщения зев, но эта иллюзия тут же была разрушена выплеснувшейся из него кровью, которая стала растекаться по коже, капая на пол.

– Он мертв, – заявил лекарь.

– Ладно, раз теперь это признано официально, составь подобающий документ, – промолвил Макрон, поднимаясь на ноги. – Что с телом-то делать? Его, наверное, надо куда-нибудь отнести?

Лекарь кивнул в сторону двух бриттов, так и сидевших около Бедриака.

– Спроси у них, командир. Я не знаю местных обычаев.

– Прощай, Бедриак, – тихо промолвил Артакс.

Катон поднял глаза и приметил в уголках губ знатного бритта намек на усмешку.

– Счастливого пути в иной мир.

Катон быстро шагнул к двери и кликнул гарнизонный караул. Послышались шаги пересекавших двор легионеров, а молодой центурион снова воззрился на остававшихся возле покойного соплеменников. Макрон подошел к нему:

– Что дальше? Зачем было звать караульных, разве тело бы не убрали без них? Впрочем, пусть тогда заодно вымоют помещение.

– Этим можно заняться потом, – отозвался Катон. – А сейчас первым делом нужно отправить Артакса в надежное место. В тихое и спокойное, где мы могли бы без помех побеседовать с ним.