– Но ведь полегчало? – криво улыбнулся Макрон.

– Что?

– Ну, чувствуешь себя теперь лучше?

– Лучше? Да я ужасно себя чувствую. Просто отвратительно. А с тобой все в порядке?

– Со мной все прекрасно. Болит, правда, хрен знает как, но бывало и хуже. Зато мы хоть на минутку забыли о нашем славном трибуне. Я прав?

– Ну, наверное, – пробормотал Катон, все еще пребывая в смятении. – Э-э… еще раз прости.

– Ладно, чего там, – отмахнулся Макрон. – Давай лучше вернемся на базу. Забудем трибуна, забудем все козни дикарского племени и найдем что-нибудь подходящее, чтобы поднять себе дух.

– Да-да…

Катон так и стоял столбом на дороге, но смотрел он сейчас не на Макрона, а куда-то вдаль, и вид у него был озабоченный.

– Расслабься, – хмыкнул Макрон. – Когда-нибудь, может, я тоже… Эй, что с тобой?

– Смотри!

Катон указал на восточную часть небосклона, сплошь позолоченную солнечными лучами.

Макрон повернулся, чтобы понять, куда смотрит юнец, и увидел на расстоянии нескольких миль пятнающие рассветное небо клубы черного дыма.

Глава 26

Глава 26

– Никак обоз, – пробормотал Катон.

– Похоже на то.

– Что-то я не припомню его в расписании.

– Я тоже.

Макрон схватил его за руку: