– Но… как быть с Каллевой? Мы ведь не можем оставить город без охраны, командир, да еще в нынешних обстоятельствах.

– Ну… а зачем нам тогда гарнизон? На базе есть люди. Пусть подежурят возле ворот. Пошли за ними. А нам пора двигаться!

Отмахнувшись от пытавшегося сказать ему что-то юнца, трибун картинно ударил пятками в конские бока и поскакал по дороге. За ним, не отставая, несся Тинкоммий.

Катон приказал ближайшему караульному бежать на базу и направить всех боеспособных гарнизонных служак на охрану главных городских ворот, а сам бегом полетел вдоль колонны и притормозил только возле штандарта, вздымавшегося впереди когорты Волков. Квинтилл и Тинкоммий уже ускакали к рассветному горизонту, их маленькие фигурки почти сливались со струями дальнего дыма.

Катон подстроился к шагу своих людей и пригляделся к новому знаменосцу. Вроде юнец, как и он сам, но отменно силен. Не жилист, как Бедриак, однако весьма мускулистый. Гора мышц, да и только.

– Тебя ведь Мандраксом звать?

– Так точно, командир.

– Так вот, Мандракс, держи древко прямо, чтобы штандарт был виден всюду, береги его как зеницу ока, и все будет прекрасно.

– Есть, командир.

Катон оглянулся и увидел появившуюся из ворот Каллевы голову когорты Макрона. Вепри почти бежали, чтобы догнать Волков, и перешли на размеренный маршевый шаг, лишь пристроившись к людям Катона. Макрон, обогнав всех, примкнул к приятелю.

– Где наш трибун?

– Он с Тинкоммием поскакал вперед посмотреть, что там.

– Надеюсь, они будут осторожны. Не хватает только, чтобы нас обнаружили.

– А заодно лишили еще одного наследника Верики.

– Вот уж верно.

– Слушай, Макрон, а, по-твоему, это умно?

– Что?

– Вывести из Каллевы сразу обе когорты?

– Мы уже их выводили. И у нас есть приказ Веспасиана: нападать на врага везде, где это только возможно, отгоняя его от линий снабжения.

– Да, но сейчас мы вроде бы припозднились, – буркнул Катон, кивая в сторону дыма.