— И что же нам делать?

— У нас есть шанс. Возможно, последний шанс: кто знает, будет ли еще капитан ночевать на берегу вместе с Тернером и с их приближенными. Мы перерубим канат и станем править на ост, к Америке, а потом двинемся вдоль берега, пока не увидим тот островок. Мы заберем и поделим золото, высадимся на калифорнийском берегу, бросим судно и разойдемся. Я в Шотландию не вернусь, останусь в Америке, с золотом везде хорошо, а там никто не спросит, откуда оно взялось.

— Ты уверен, что на острове действительно золото? — вмешался еще один голос.

— А что еще, Стив, можно прятать в таком пустынном месте, к тому же тайно, под покровом ночи?

— Действительно, ты прав...

— Хватит болтать! Пора браться за дело! Мы не должны пропустить высокую воду! А если я кого-то не убедил, тот может пересесть в шлюпку и остаться подыхать в проклятом Нью-Хайленде вместе с Грантом. Ну, кто хочет стать поселенцем «свободной шотландской колонии»? Сделайте шаг вперед!

Желающих не нашлось.

Глава 27

Комментарий к реконструкции № 6

Как нетрудно заметить, небольшая рокировка: замена майора на Джона Манглса в сцене разоблачения Айртона-Джойса, — снимает много неясностей и заодно избавляет персонажей от обвинений в тупости. Разумеется, это очень вольная интерпретация и доказать ее невозможно, поэтому скажем в защиту версии лишь одно: кто желает видеть в героях любимой с детства книги беспросветных тупорезов, тот может оставаться при классической трактовке этих эпизодов. Вольному воля, спасенному рай.

Так что же написал Паганель в том письме, что уехало в Мельбурн с Мюльреди, а доехало с Айртоном?

Разумеется, написал он только то, что диктовал лорд (кто же ждал, что тот подмахнет, не читая): приказ «Дункану» направиться к восточному берегу Австралии. Мы уже не раз убеждались, что рассеянностью Паганель не страдал. Он ее изображал в своих интересах. В данном конкретном случае изобразил позже в интересах Тома Остина, приказ Гленарвана не выполнившего. Прикрыл старшего помощника. Приказ, где фигурирует Новая Зеландия, появился на свет значительно позднее той даты, что на нем значилась, а подпись Гленарвана была фальшивая.

Момент с фальшивой подписью географа несколько смущал. Конечно, если кто-то с острым глазом заметит разницу, небольшое отличие от обычной росписи Гленарвана, объяснение наготове: лорд подписывал послание простреленной рукой, к тому же находился в расстроенных чувствах после выстрела по себе в упор, преображения боцмана Айртона в опасного преступника, осознания того факта, что вновь гонялся за фантомом, за призраком Гранта... Всё это свалилось на бедного лорда за неполный час, и не стоит удивляться, что к исходу того часа руки у него подрагивали.