Папаша чёртов!

«Мама, открой глаза! Он меня у тебя забрать хотел! Хотел оставить рядом с собой, чтобы ты одна осталась! А ты перед ним… ты вокруг него вьёшься…»

Я резко поднялся из-за стола и убрал пустую тарелку в мойку. Я злился на всё и на всех, особенно на него.

— Кто чай будет? — спросил через зубы.

— Все! Зачем спрашиваешь, Арсений? Конечно же, все! — Голос матери восторга полон, подожди, ещё петь начнёт от полного счастья.

Я налил кружку и первой поставил ей, вторую — себе, и только третью — ему. Не собираюсь я, как она, вокруг него прыгать. Ещё чего, не дождётся. Похлебал борща, сейчас чайку попьёт и пусть проваливает.

Я сам выставлял к чаю печенье, конфеты, варенье и краем глаза видел, как они вдвоём сидят и смотрят друг на друга. Вроде, взрослые люди, обоим за сорок, столько лет прошло… Я вздохнул.

Я допивал свою кружку чая, когда в комнате моей зазвонил телефон, и я ушёл к себе. Ладно, чёрт с ними, пусть побудут одни, пусть говорят, о чём хотят, мне всё равно. Если он думает забрать меня с собой — то не угадал.

Я пытался читать учебник, но в голову ничто не шло. Я думал об отце, о том, что случилось. Почему он пришёл? Больше двадцати лет прошло с того момента, как он был в нашем мире. Что же сейчас заставило его вернуться? Вряд ли я. И вряд ли она. И вряд ли даже мы вдвоём.

Я хотел поговорить с ним о другом, меня интересовало то, как закончилась битва, где сейчас Вираг, чем живёт весь их мир? Это с матерью у них далёкое прошлое есть, есть, что вспомнить, а между нами, им и мной, только эта битва и его мир…

Я начал искать в телефоне, пролистывал старые и новые фото. Когда вернулся в октябре, я нашёл у матери и сфотографировал себе старое фото отца из Праги. И сейчас я искал его. Куда я его засунул? Может, на SD-карту? Чтобы случайно не удалить. Точно! Вот она!

Я развёл пальцы, увеличивая фото на экране. Качество, конечно, хреновое, что говорить. Он был на фотке в три четверти и смотрел на кого-то, кто стоял рядом. Я видел, что глаза его смотрят в сторону. Он будто говорит кому-то что-то, это видно по губам, он не улыбался, он не позировал фотографу, он случайно попал на это коллективное фото. И какой же он здесь молодой! Сколько ему? Он говорил тогда в Лоранде, ему не было и двадцати, когда он познакомился с матерью в Праге.

Пусть девятнадцать! Это младше меня сейчас! И что, в таком юном возрасте он не побоялся из своего мира отправиться в путешествие по разным странам моего мира? Не зная языков, не имея денег, не имея представления о наших традициях, культуре, о ценностях нашего мира!