Было ли все это ужасной и дорогостоящей ошибкой? Человеческая цена уже стала очевидна: к 1980 году безработица достигла двух миллионов и продолжала расти. 364 экономиста написали в прессу письмо, где утверждали, что для этой революции нет оснований в практической экономике. Многие предрекали радикальный поворот, но на этот вызов Тэтчер ответила на съезде Консервативной партии знаменитой отповедью: «Поворачивайте, если хотите; а леди не поворачивают». Когда на тот съезд неожиданно заявились активисты, протестующие против сокращений рабочих, она не растерялась и прокомментировала: «На улице мокро, видимо, они хотели погреться… Всегда лучше там, где тори». Лишенная чувства юмора, она тем не менее вполне могла выдавать остроумные реплики.

Естественно, никакого кардинального разворота не последовало. В других сферах дела выглядели более обнадеживающе. «Право на покупку» – мера, дающая съемщикам муниципального жилья право на выкуп, – считалось бриллиантом в манифесте партии, и закон приняли. Манифест также содержал обещания запретить вспомогательные пикеты и установить тайное голосование, но для этих шагов время пока не пришло. Верхний порог подоходного налога опустился с 83 до 60 % (средняя цифра для Европы). В глазах многих прежний уровень налогообложения был одной из причин относительно вялого развития экономики страны. Состоятельные люди всегда могли найти места получше.

Тем временем стоимость войны с инфляцией все увеличивалась, и ее жертвы начали протестовать. В начале 1980-х произошли первые мятежи, вызванные отчасти оскорбительными «подозрительными» законами, а отчасти массовой безработицей в сообществах чернокожих людей. Все началось в переживающем упадок районе Бристоля Сент-Пол в апреле 1980 года и распространилось на лондонский Брикстон в следующем году: горящие здания, слезоточивый газ, полицейские атаки и бесчинства толпы. Безумие оказалось заразным, и беспорядки прокатились как минимум по 58 британским большим и малым городам. Газета Times писала, что иностранные правительства – без сомнения, со злорадством – широко выражают опасения о возможном низведении закона и нарушении порядка. Некоторые комментаторы, возможно, заходили слишком далеко. «Прекращение цивилизованной жизни на этом острове, – писал историк и публицист Э. П. Томпсон, – вполне вероятно». То был самый подходящий момент для внезапно грянувшего переполоха: в конце марта 1982 года пришли надежные данные, что Аргентинский флот собирается вторгнуться на суверенную территорию Фолклендских островов.