— Миссис Александер, — суровое выражение лица судьи несколько смягчилось при виде робкой, заплаканной красавицы, — вы любите своего сына?

— Сильнее всего на свете, ваша честь. — Шантель устремила на него честный и открытый взгляд своих темных выразительных очей.

— И вы готовы взять его в это путешествие?

— Я дочь моряка, ваша честь. Если бы имелась хоть какая-то опасность, я бы сразу ее почувствовала. Да, я с радостью готова отправиться в рейс вместе с сыном.

Судья кивнул и на секунду задумался, разглядывая выложенные на столе документы.

— Мистер Тичер, насколько я понимаю, ребенок официально находится под опекой матери?

— Да, ваша честь. В то же время его отец также обладает родительскими правами.

— Благодарю за подсказку, но это я отлично знаю и сам, — сухо обронил судья. Он вновь сделал паузу, после чего размеренным тоном вынес свое решение: — Суд в первую очередь озабочен безопасностью и благополучием ребенка. Суду были представлены доказательства, что предполагаемое путешествие состоится во время каникул и посему не скажется на школьной учебе отрицательным образом. С другой стороны, ходатай не продемонстрировал достаточно свидетельств о наличии обоснованных сомнений в надежности судна, на борту которого будет проходить это путешествие. Более того, данное судно является новым и современным. Выдача запрета, таким образом, в моих глазах явилась бы неоправданным ограничением прав матери. — Вместе с креслом он повернулся к Николасу и Джеймсу Тичеру. — Как следствие, я вынужден отказать ходатайствующей стороне в связи с отсутствием достаточных оснований. Все свободны.

Забившись на заднее сиденье «бентли», адвокат-коротышка виновато бормотал:

— Николас, он, конечно же, прав. На его месте я бы сделал то же самое. Семейные споры всегда решаются в пользу…

Николас даже не слушал.

— А что, если я заберу Питера и вместе с ним улечу в Штаты, на Багамы?

— Похищение?! — взвизгнул Джеймс Тичер и с искренней тревогой вцепился Николасу в руку. — Умоляю, выкиньте эту мысль из головы! Вас же полиция схватит прямо на выходе из самолета… Господи! — Он в панике заерзал на кожаных подушках. — Я даже помыслить боюсь, что может случиться. Мало того что вы окажетесь в кутузке, так ведь еще и мать ребенка получит судебное постановление, по которому вам запретят и близко подходить к сыну. У нее будут все основания лишить вас родительских прав. Николас, умоляю, не делайте этого! Откажитесь от своей затеи, иначе никогда не увидите Питера. — Он умиротворяюще похлопал Ника по плечу. — Ведь в противном случае вы сыграете им на руку. — Высказавшись, Тичер обратил свое внимание на портфель, лежащий у него на коленях. — Давайте-ка лучше еще разок пробежимся по последней версии договора на продажу, — предложил он. — Как вы знаете, времени у нас в обрез.