Светлый фон

 

Когда Гитлер приколол еще одну медаль на гордую молодую грудь, вид этих мальчиков, одетых в пеструю военную форму и фуражки, еще больше угнетал фон Меербаха. Годы, которые он посвятил СС, и слава, которую он видел, свелись к этому: отчаянная вербовка необученных детей, потому что все хорошие, сильные арийские мужчины ушли.

 

Церемония закончилась. Операторы бросились разворачивать пленку, хотя одному Богу известно, кто ее увидит, потому что на осколках Третьего Рейха не было открытых кинотеатров, которые не попали бы в руки врага.

 

Фон Меербах докурил сигарету, наслаждаясь наслаждением в легких, потому что курение в бункере было запрещено по строгому указанию Фюрера. Он последовал за остальной свитой, присутствовавшей на церемонии награждения, вниз по винтовой лестнице в бетонные катакомбы.

 

Он вошел в караульное помещение, где за конторкой сидел клерк.

 

- Бумаги, - сказал клерк.

 

“Прошло меньше часа с тех пор, как вы в последний раз их проверяли, - возразил фон Меербах, хотя и знал, что это бесполезно. - Господи, дружище, мой пистолет все еще в том шкафчике позади тебя.”

 

Лицо клерка оставалось бесстрастным. - Бумаги, - повторил он.”

 

Фон Меербах передал их мне. В коридоре за караульным помещением он увидел Германа Фегеляйна, личного офицера связи Гиммлера со штабом. Фегелейн жестом указал на него. Фон Меербах сумел коротко кивнуть в ответ. Фегелейн был беспринципным карьеристом, человеком, который женился на сестре Евы Браун Гретль, чтобы сблизиться с ближайшим окружением фюрера. Что еще хуже, его ход сработал. Теперь Фегеляйн был генералом СС, что давало ему преимущество перед фон Меербахом.

 

Клерк вернул ему бумаги. Фон Меербах прошел мимо стола и направился по коридору. Фегелейн не стал ждать, чтобы поздороваться с ним.

 

- Следуйте за мной, - сказал он и прошел через длинный зал ожидания, который тянулся вдоль середины главного бункера, и повернул направо в туалеты. Фегелейн убедился, что ни одна из кабинок не занята. Он открыл дверь в дальнем конце комнаты, которая вела в туалет. Там тоже было пусто. Он запер главную дверь туалета.