Андроников предупредил своих друзей, что выбор царя остановился на их кандидатурах. В сентябре 1915 г. А.Н. Хвостов был назначен управляющим Министерством внутренних дел (в ноябре он был утвержден министром). Он предложил Белецкому должность товарища министра. Впоследствии Хвостов утверждал, что Белецкий был навязан ему императрицей Александрой Федоровной. Белецкий не имел доступа к императрице, однако к этому времени он сумел войти в доверие к фрейлине Анне Вырубовой. Спиридович с уверенностью высказывал предположение, что бывший директор Департамента полиции покорил Вырубову доскональным знанием всех интриг в высших сферах. Фрейлина рекомендовала его императрице как единственного специалиста, способного обеспечить безопасность Распутина.

По словам очевидцев, Белецкий буквально сиял в первые дни назначения. Он не только возвратился после унизительной отставки, но и сумел занять место своего гонителя Джунковского. Товарищ министра фактически взял на себя руководство Департаментом полиции, так как директор Р.Г. Моллов, болгарин по национальности, был смещен в ноябре 1915 г. после вступления Болгарии в войну против России. Исправляющий должность директора К.Д. Кафафов не принимал самостоятельных решений.

Во время официального назначения министра и его товарища Распутин был на родине. Сразу после его возвращения в столицу Хвостов и Белецкий устроили для него торжественный обед («уху») на квартире князя Андроникова. Злопамятный «старец» не преминул напомнить о прежних обидах, но, по словам Белецкого, «из разговоров за столом мне стало ясно, что наши назначения Распутину были известны и что он против нас ничего теперь не имеет, но что он, видимо, хотел, чтобы мы получили назначения из его рук».

Сохранились прямо противоположные свидетельства о дальнейших отношениях руководителей министерства с Распутиным. Хвостов уверял, что виделся с Распутиным один или два раза и вообще «старец» служил Белецкому, а по отношению к нему, Хвостову, сразу же взял враждебную ноту. Совершенно иная картина предстает в показаниях Белецкого Чрезвычайной следственной комиссии Временного правительства, он с поразительной откровенностью, не щадя ни себя, ни своего шефа, описал регулярные свидания с Распутиным.

Министр и его помощник провели через «старца» немало решений, для которых требовалось одобрение императора или императрицы. Ради этого им пришлось до дна испить горькую чашу унижения. Они пытались овладеть «старцем» при помощи ежемесячных выплат и дорогих подарков из секретного фонда. Распутин деньги брал, но при этом демонстрировал, что купить его не удастся. Хвостову и Белецкому приходилось терпеть причуды и подлаживаться под настроение психически неуравновешенного человека, который в гневе честил министра «толстопузым».