Роза O’Флинн стояла в дверях, опустив плечи, сердитая складка губ увяла.

– Да ладно тебе, хватит уже, успокойся! – прохрипел Флинн.

– Он больше не вернется. Ты же прекрасно знаешь, куда его посылаешь. Ты посылаешь его на верную смерть.

– Не говори глупостей. Он уже большой мальчик и сможет о себе позаботиться.

– Господи, как я тебя ненавижу! Обоих вас – о, как я вас ненавижу!

Роза провернулась и через весь двор побежала обратно в дом.

22

На рассвете, окрасившем горизонт алым сиянием, Флинн с Себастьяном стояли на веранде и тихонько переговаривались.

– Теперь слушай меня, Бэсси. Я тут прикинул, что лучше всего будет сразу отсылать сбор с каждой деревни сюда. Таскать все эти деньги с собой нет никакого смысла.

Флинн дипломатично не стал говорить о том, что, следуя этой тактике, в том случае, если Себастьян на полпути своей экспедиции попадет в переделку, хотя бы собранное за это время не пропадет.

Но Себастьян слушал его вполуха, он больше был занят мыслями о том, где сейчас находится Роза O’Флинн. В последние несколько дней он ее почти не видел.

– И слушай старого Мохаммеда. Он знает, где расположены самые большие деревни. И переговоры тоже пусть ведет он – все эти деревенские вожди ужасные плуты, ты и представить не можешь. Они сразу же станут умолять, говорить о страшной бедности, недоедании, поэтому ты должен быть тверд. Ты меня слышишь? Ты должен быть тверд, Бэсси! Тверд!

– Тверд, – рассеянно согласился Себастьян, а сам тайком поглядывал на окна дома, надеясь хоть на миг увидеть Розу.

– И вот еще что, – продолжал Флинн. – Не забывай о том, что передвигаться следует быстро. Все время шагать и привал устраивать только с наступлением темноты. Разводить костер, ужинать и снова идти вперед в темноте, и только потом останавливаться на ночевку. На первой стоянке ни в коем случае не спать, это очень опасно. Перед самым рассветом вставать и идти дальше.

Флинн продолжал давать ему дальнейшие наставления, но Себастьян слушал его невнимательно.

– Не забывай, что звук выстрела слышен на много миль. Стрелять можно только в случае крайней необходимости, а если ты все-таки выстрелил, не топчись на одном месте, сразу уходи. Я разработал для тебя такой маршрут, что от Рувумы ты нигде не удалишься больше чем на двадцать миль. При малейшей опасности бегите к реке. Если у вас будет раненый, не тащите его с собой, оставляйте на месте. Не корчи из себя героя, бросай его и во весь дух беги к реке, понял?

– Ладно, – промямлил Себастьян.

На душе у него кошки скребли. Перспектива покинуть Лалапанци с каждой минутой становилась все менее привлекательной. Да где же она, черт возьми?