Но как только новобрачные поняли, что шум внизу прекрасно перекрывает протестующий скрип их медной кровати, они перестали злиться на Флинна с его забавами.

Для всех, кто присутствовал на празднике, без единого исключения, ночь прошла весело, все получили огромное удовольствие – эту ночь они долго еще станут вспоминать с грустью и мечтательными улыбками.

32

Флинн продолжал швырять деньги направо и налево, но даже и при таких чудовищных тратах доли, которую он получил в результате налоговой экспедиции Себастьяна, хватило на целых две недели.

Все это время Роза и Себастьян проводили в недолгих прогулках рука об руку по улицам и базарам Бейры или сидели, опять же рука об руку, на берегу и любовались морем. Эта парочка излучала столько счастья, что всякий, кто оказывался от них на расстоянии пятидесяти футов, ощущал на себе его действие. Какой-нибудь спешащий навстречу по узенькой улочке озабоченный незнакомец с нахмуренным лбом, стоило ему только приблизиться к ним и попасть под эти мощные чары, сразу умерял шаг, ноги его будто сами собой двигались медленнее, морщины на лбу разглаживались, а когда он проходил мимо, на губах его играла мягкая улыбка. Но больше всего им нравилось сидеть, закрывшись в своем брачном номере над баром, – они исчезали за дверью его где-нибудь в самом начале дня и появлялись снова не раньше полудня следующего.

Ни Роза, ни Себастьян прежде и представить не могли, что на человека сразу может свалиться столько счастья.

По истечении двух недель Флинн сидел в баре и ждал, когда они наконец спустятся к ланчу. Как только парочка показались в дверях, он поспешил им навстречу.

– Привет! Привет! – Он обнял обоих за плечи. – Ну как у вас сегодня дела?

Потом без особого внимания стал слушать подробный ответ Себастьяна: молодой человек честно рассказал, как он себя чувствует сам, как себя чувствует Роза и как хорошо они оба выспались.

– Да-да… конечно! Конечно! – перебил поток его красноречия Флинн. – Послушай, Бэсси, мой мальчик, ты не забыл, я подарил тебе десять фунтов?

– Да, – сразу насторожился Себастьян.

– А ты можешь их мне вернуть? Пожалуйста.

– Я их уже потратил, Флинн.

– Что-о?! – взревел Флинн.

– Я их уже потратил.

– Боже милостивый! Промотал целых десять фунтов? Так быстро? Неужели все?