В 1296 г., в разгар строительства в Бомарисе мастер Джеймс докладывал королевскому Казначейству, что под его руководством (и под охраной 130 солдат) работает «тысяча плотников, кузнецов, штукатуров и землекопов». Они трудились не покладая рук в погодных условиях, способных (как может подтвердить сегодня любой посетитель горного региона Сноудония) в считаные минуты превратиться из восхитительных в ужасающие. Всего на Бомарис было потрачено около 15 000 фунтов стерлингов. Несмотря на все эти усилия, он не был достроен ни в 1307 г., когда умер Эдуард I, ни в 1309 г., когда умер мастер Джеймс, ни даже в 1320-х гг.[793]. Но, хотя в строительстве Бомариса так и не удалось поставить архитектурную точку, этот замок, намного более функциональный и сдержанный, чем ожившая фантазия Карнарвона, вполне наглядно демонстрировал безудержные военные претензии Эдуарда I и его стремление оставить в Уэльсе неизгладимый отпечаток своей власти в виде каменных замков, способных не менее пятисот лет простоять в более или менее сохранном состоянии.
Крепость Европа
Крепость Европа
Ни один другой английский монарх не увлекался строительством замков так страстно, как Эдуард I, – помимо валлийских проектов, он вложил значительные средства в реконструкцию лондонского Тауэра и старых крепостей Плантагенетов в Кембридже, Честере и Корфе[794]. Расцвет замкового строительства (во всяком случае, в Англии) пришелся на конец XIII в. Однако монументальные каменные замки оставались частью средневекового пейзажа вплоть до XV в., и короли, королевы и богатые аристократы одинаково охотно тратили деньги на их постройку. Беглый обзор величайших замков того времени поможет лучше понять, какое значение им придавали самые могущественные правители Запада.
В Англии в XIV в. Эдуард III заново укрепил прибрежные замки, чтобы противостоять французским набегам во время Столетней войны, и потратил немалые суммы на постройку новых крепостей вокруг города Кале, отбитого у французов в 1347 г. Эдуард III вложил средства в крупные оборонительные сооружения в Бервике на шотландском пограничье. Король ценил и прекрасно разбирался в хороших укреплениях и лично руководил осадами, не в последнюю очередь в Кале. Однако самый красивый замок Эдуарда III находился не на линии фронта, а в Виндзоре, давней королевской резиденции, которую король превратил в новый Камелот и сердце возрожденного английского рыцарства. Конечно, это не был замок в традиционном понимании – если бы какому-нибудь королю в XIV в. потребовалось мощное военное присутствие в сельском Беркшире, это означало бы, что его дела очень плохи. Как укрепленный дворец он служил не менее важной цели. Он рассказывал историю воинственных королей и романтики королевской власти. Эдуард потратил на Винздор с его анфиладами комнат, кабинетами и пространствами для развлечений ошеломляющую сумму – 50 000 фунтов стерлингов. Сегодня Виндзорский замок остается фактической штаб-квартирой английского рыцарства: в потрясающей готической часовне Святого Георгия (перестроенной в конце XV в. Эдуардом IV и Генрихом VII) проходят собрания ордена Подвязки, а публичная церемония смены караула три раза в неделю привлекает сотни любопытных зрителей и туристов.