– Так ты полагаешь, мы можем и не найти тех, кто заказал убийство? – неторопливо произнес Катон.

Антонид замер, повернулся и посмотрел сенатору в лицо:

– Я не собираюсь успокаиваться. Времени потребуется больше, чем я думал, но рано или поздно кто-то что-нибудь сболтнет, будут найдены доказательства, которые укажут на заказчика, и я схвачу его.

Катон пристально смотрел в глаза Антонида, отмечая маниакальный блеск во взгляде собеседника. Да он одержим, он просто опасен! Не лучше ли потихоньку устранить безумца, пока он не натворил больших бед? Город уже успокоился, и римлянам плевать, будет ли отомщен Сулла, добьется ли Антонид успеха.

– Ты знаешь, на это могут уйти годы, – заметил Катон. – Ты можешь умереть, так и не поймав негодяя. И в том не будет ничего странного. По моему мнению, если в подобных случаях преступников и ловят, то происходит такое вскоре после убийства, по горячим следам. А у нас до сих пор нет и намека на то, кто мог это сделать. Возможно, пора прекратить бесполезные поиски, Антонид.

Темные глаза впились в лицо сенатора, но Катон оставался невозмутимым. Ему не было дела до навязчивой идеи, овладевшей этим человеком. Что толку метаться по Риму, уподобляясь помешанному? Сулла умер и обратился в прах. Может быть, действительно пора посадить пса на привязь?

Казалось, Антонид читал мысли Катона.

– Дай мне еще немного времени, сенатор, – неожиданно почти с мольбой промолвил он.

Возможно, каким-то образом «пес Суллы» узнал о том, что Катон защищал его от гнева других сенаторов, подумал хозяин дома, равнодушно отводя взгляд в сторону.

Антонид торопливо заговорил:

– Я почти уверен, что убийство совершили по приказу одного из трех человек. Каждый из них мог организовать это преступление, потому что до войны все они являлись сторонниками Мария.

– Кто же эти опасные злодеи? – с издевкой спросил Катон, хотя и сам мог назвать имена. Осведомители обо всем докладывали сенатору раньше, чем Антониду, – в их кошельках звенели монеты Катона.

– Вероятнее всего, Помпей и Цинна. Скорее, даже Цинна, потому что Сулла… интересовался его дочерью. Наконец Красс! Все трое обладают достаточным влиянием и богатством, чтобы нанять убийцу; все трое не являлись друзьями Суллы. Они могли действовать и сообща. Например, Красс дал деньги, а Помпей нашел исполнителей.

– Ты назвал могущественных людей, Антонид. Надеюсь, ты не поведал о своих подозрениях кому-то еще? Мне было бы жаль потерять тебя, – с притворным сожалением заметил Катон.

Антонид не обратил внимания на тон сенатора.

– Я стану держать свои соображения в тайне, пока не соберу доказательства, чтобы обвинить их. Все они выиграли от смерти Суллы и открыто выступают в сенате против его сторонников. Инстинкт подсказывает мне, что это кто-то из них или они были в сговоре. Если бы я только мог устроить допрос, чтобы знать наверняка!