Антонид едва не заорал от ужаса. Он подскочил на месте, ноги заскользили по влажным камням. Кинжал мгновенно покинул ножны, но запястье было перехвачено крепкой рукой, что сделало «пса Суллы» совершенно беспомощным.

Незнакомец, стоявший перед ним, носил накидку и капюшон из грубой ткани, лицо его было скрыто, хотя в чернильной темноте узких улочек такие предосторожности вряд ли имели смысл. Антонида чуть не вырвало от странного сладковатого запаха, исходящего от него. То был запах болезни, гниения, замаскированного душистыми маслами. Ему пришло в голову: только ли свою личность пытается скрыть под капюшоном этот человек, который наклонился к Антониду так близко, что почти коснулся его уха губами?

– Зачем ты явился сюда, подняв столько шума и побеспокоив половину моих наблюдателей?

В голосе звучала злость, и он раздавался так близко, что запах опять чуть не вызвал у Антонида приступ рвоты. Он вздрогнул, когда его щеки слегка коснулся капюшон.

– Я вынужден был прийти. У меня есть работа для тебя, и необходимо, чтобы она была срочно выполнена.

Хватка на запястье усилилась. Антонид не мог повернуться, чтобы посмотреть человеку в глаза, – из опасения, что их лица соприкоснутся. Вместо этого он отводил взгляд в сторону, стараясь не выдать гримасой, что отвратительный запах делает мучительным каждый вдох.

Темная фигура издала несколько недовольных восклицаний.

– Я еще не нашел подхода к жене Красса. Все происходит слишком быстро! Из-за спешки погибли мои братья. Ты недостаточно платишь за то, что я убиваю для тебя людей, это деньги только за услугу.

– Забудь Красса. Он теперь ничего для меня не значит. Я хочу, чтобы ты выследил дочь Цинны и убил ее. Теперь она должна быть твоей целью. Оставь опознавательный знак с именем Суллы – так же как в случае с отродьем Помпея.

Очень медленно бывший советник вернул руку назад к поясу и осторожно вложил кинжал в ножны; только тогда хватка чужака ослабела. Антонид стоял неподвижно, ничем не обнаруживая желание отойти подальше. «Пес Суллы» понимал, что если разозлит собеседника, то ни он, ни его люди больше никогда не увидят широких улиц.

– Дочь Цинны хорошо охраняют. Тебе придется заплатить за жизнь людей, которых я потеряю, чтобы добраться до нее. Десять тысяч сестерциев – такой будет цена.

Антонид стиснул зубы, стараясь не дышать. Катон покроет долг, он уверен в этом. Разве не его идея нанять этого человека?

«Пес Суллы» судорожно кивнул:

– Хорошо. Все будет оплачено. Мои люди принесут золото в день, на который мы договаривались раньше.

– Тебе придется найти новых стражников. Больше не приходи сюда без приглашения, иначе цена будет выше, – прошептал голос, медленно отдаляясь от него.