– Я не могу взять с собой людей, охраняющих мою жену, потому что здесь может случиться то же самое, – сказал он твердо.

Брут пожал плечами.

– Приказано взять каждого солдата, способного идти на север, Юлий, но я забыл о нас, – ответил он, протягивая руку, чтобы хлопнуть друга по плечу.

Цезарь натянул поводья, собираясь пустить коня вскачь.

– Стереги дом, Тубрук, – приказал он. – Если восстание начнется и здесь, мы вернемся и оценим, как ты с этим справился. Оберегай мою семью, как делал раньше.

Они поняли друг друга. Чтобы не услышал Брут, Юлий наклонился над шеей коня и прошептал на ухо старому гладиатору:

– Я знаю, как тебе обязан, – сказал он. – Смерть Суллы спасла их всех.

– Не беспокойся. А теперь поезжайте! – угрюмо ответил Тубрук, хлопнув коня Юлия по крупу.

Два молодых человека низко склонились в седлах и пустили своих лошадей в полный галоп, подняв на дороге в Рим столб пыли.

Глава 34

Когда Юлий и Брут подъехали к зданию сената, там все бурлило.

Они спешились на краю Форума и повели своих коней к разделившимся на группы сенаторам, явившимся на срочное заседание со всех концов города и из-за его пределов.

– Как тебе удалось так быстро узнать новость? – спросил Цезарь у друга.

Брут помялся, но потом все же ответил:

– Мне сказала мать. У нее есть несколько… знакомых в сенате. Она, наверное, узнала обо всем одной из первых.

Юлий обратил внимание на несвойственную Марку осторожность в поведении, что его немало озадачило.

– Мне определенно надо встретиться с твоей матерью, – сказал он.

Брут испытующе посмотрел ему в глаза, опасаясь увидеть насмешку, но потом расслабился и с удовлетворением ответил:

– Она очень хочет встретиться с тобой. Я желал бы, чтобы вы познакомились. Я таких женщин больше не встречал.