Всадники из экстраординариев доставляли вести каждый день: они вели разведку далеко впереди основных сил. Донесения были короткими, и это вызывало тревогу, потому что никаких следов армии рабов найти не удавалось. Помпей посылал все новых разведчиков на север и на запад с приказом найти мятежников. Вслух об этом не говорили, но военачальники боялись, что на таком обширном пространстве рабы могут незаметно проскользнуть мимо легионов и нанести удар по беззащитному югу.

Каждый вечер военный совет выливался в яростные споры и столкновения характеров. Лепид делал вид, что не считает назначение во главу колонны проявлением недовольства Помпея, и чуть не наслаждался ролью командира передового легиона. Помпей же, выслушивая замечания легата, проявлял все меньшую сдержанность. Тот заявлял, что только благодаря ему легионы выдерживают темп, заданный Помпеем, но каждый вечер предупреждал, что им придется заплатить за скорость движения страшную цену. Он мастерски угадывал момент, когда терпение номинального заместителя Красса готово было истощиться, и тогда совет превращался в настоящее сражение между ними, причем Красс ничего не мог поделать. Юлий очень надеялся, что воевать Лепид будет столь же хорошо, как умеет спорить.

После двух недель марша по западной дороге Лепид с видом триумфатора сообщил, что люди начали падать и их оставляют на сторожевых постах и в деревнях с приказом догонять армию после выздоровления. Сотни легионеров страдали от растяжений и волдырей, они продолжали идти, но страшно мучились по ночам. Воины оказались на грани полного истощения сил, и остальные легаты начали поддерживать Лепида, требуя отдыха для солдат. Помпей, невзирая на угрозу подрыва своего авторитета, неохотно разрешил остановку на четыре дня. Только экстраординарии не получили отдыха – Помпей разослал их, потребовав найти наконец армию рабов.

Вскоре всадники галопом прискакали в лагерь с новостями. Мятежники движутся на юго-восток, с гор на равнины. В тот же вечер фактический командующий армией собрал военачальников, чтобы сообщить им тревожные известия.

– Бунтовщики повернули назад, к Риму, и разведка доносит, что их уже больше восьмидесяти тысяч. К мятежникам присоединились все рабы севера.

Больше не имело смысла утаивать от командиров эти пугающие цифры – восставшие находились в нескольких сотнях миль от римского войска. Теперь, когда противника обнаружили, столкновение становилось неизбежным. Численность армии врага значения не имела, оставалось только выбрать наилучшее место для сражения.