– А теперь: всё. Поздно. Если через неделю тебя не вытащат из комы, приказано отправить тебя в Москву. В любом состоянии.

– Ну и ладно, ещё целый вагон времени. Не переживай. Давай лучше поболтаем, ты не представляешь, как мне скучно.

– Ну, давай попробуем, хотя я всё же сомневаюсь: может это галлюцинация?

– Перестань, ты же знаешь свои возможности, и мои тоже. Скажи, Макарову поставили защиту?

– Разумеется, как любому нашему спецсотруднику, ещё при оформлении. Тебе его не достать.

– А почему Бочаров погиб от пули? Защита не сработала.

– У него была ограниченная защита, на всё тело, кроме головы. Кстати, его еле опознали.

– А моя? Я помню удар в грудь.

– Удар? У тебя нет пулевой раны. Только рубленые, а от клинка в руках – сам знаешь…

Помолчали. Интересно, насколько читаемы мои мысли? Или он слышит только транслируемые мыслеформы?