– Замок он знает, – сказал Ларсан, – и неплохо.

– Он довольно высок, хорошо сложен…

– Да, рост у него в самый раз, – пробормотал Фред.

– Я понимаю вас, – ответил я, – но как вы объясните рыжие волосы и бороду?

– Слишком уж он космат. Накладные, – бросил Фредерик Ларсан.

– Какой вы быстрый! Вы что, все думаете о Робере Дарзаке? Неужели вы никак не можете оставить его в покое? Он невиновен, я уверен.

– Тем лучше! Желаю, чтобы так и было, но ведь на самом деле всё против него. Вы видели следы на ковре? Пойдите взгляните.

– Видел. Следы изящных штиблет – такие же, как на берегу пруда.

– Вы не отрицаете, что это следы Робера Дарзака? – спросил Ларсен.

– Но ведь можно и ошибиться. Вы обратили внимание, что эти следы не повторяются? Когда он, спасаясь от нас, выскочил из спальни, следов за ним не осталось.

– Он мог пробыть в спальне несколько часов. Грязь на ботинках высохла, и он буквально летел, совершенно бесшумно…

Внезапно я весьма неучтиво оборвал фразу и сделал Ларсану знак, чтобы он прислушался.

– Там, внизу… Кто-то закрыл дверь.

Мы с Ларсаном встали, спустились на первый этаж и вышли из замка. Я повел его к маленькой комнатке, расположенной под балконом и окном бокового коридора, и указал пальцем на дверь: еще недавно открытая, теперь она была закрыта, а снизу пробивался слабый свет.

– Лесник, – проговорил Фред.

– Пошли! – шепнул я.

Вполне готовый (только вот на что? Готовый поверить в виновность лесника?) я подошел к двери и громко постучал.

Кое-кто может подумать, что к двери лесника мы пришли слишком поздно и что после исчезновения убийцы из коридора нам следовало прежде всего обыскать все вокруг – замок, парк, все. На это можно ответить лишь одно: убийца исчез из коридора столь таинственно, что мы и вправду думали, что его нигде нет! Он ускользнул у нас буквально из рук, когда мы его почти уже схватили; поэтому нам и в голову прийти не могло, что мы сможем найти его ночью, в парке. Я ведь уже рассказывал, до какой степени был потрясен этим исчезновением.

На мой стук дверь отворилась, и лесник спокойно осведомился, что нам угодно. Он был в рубашке и заявил, что собирается ложиться, хотя постель разобрана не была. Мы вошли, и я вслух выразил удивление:

– Как! Вы еще не спите?