– Давай, брат, в комендатуру, – произнес Воронцов.

Водитель, молча, кивнул, и машина медленно тронулась с места. Вскоре машина остановилась около здания, в котором размещалась военная комендатура города. Заметив капитана, часовой козырнул ему. Похоже, он хорошо знал Воронцова, так пропустил его в здание, не проверив у него документы.

– Комендант у себя? – спросил он часового.

Тот кивнул ему. Капитан прошел по коридору и остановился напротив двери, на которой, поблескивая в лучах электрической лампы, была прикреплена табличка, которой была выгравирована фамилия. Воронцов усмехнулся и толкнул дверь рукой. За большим столом сидел мужчина средних лет. Его тщательно выбритая голова буквально сверкала в свете электрической лампы. На петлицах его гимнастерки, на черных бархатных петлицах, удобно разместились две шпалы.

– Здравствуй, Семен Иванович, – поздоровался он с ним. – Кто это тебе так угодил с табличкой?

– Мир не без добрых людей, товарищ Воронцов…

Он протянул руку подполковнику.

– С чем пожаловал? – поинтересовался у него комендант.

– Выйди, Семен Иванович, мне нужно срочно позвонить в Москву.

Подполковник поднялся из-за стола и, взглянув с неким укором на капитана, вышел из кабинета. Около месяца тому назад к нему заехал местный начальник НКВД майор Горохов и предупредил его о том, что к нему будет заходить капитан из Москвы, чтобы докладывать в столицу о результатах работы.

– Кто этот капитан? – поинтересовался у него комендант.

Майор Горохов пристально посмотрел на него. По одному его взгляду было понятно, что здесь вопросы не уместны. Капитан говорил не долго. Поблагодарив подполковника, он направился к выходу из комендатуры.

***

Покровский устало опустился на стул, когда за Верой закрылась дверь. В какой-то момент Олег Андреевич готов был махнуть на все: на немцев, на всю эту борьбу, которую он вел с большевиками и просто уехать в какую-нибудь глушь, где его бы никто не знал и никогда не нашел.       Чувство отчаяния охватило его. Все, ради чего он жил, рухнуло за секунду.

«Как же так, – размышлял он, – как я мог довериться этому человеку? Почему Соколов погубил всю группу и все его надежды на триумфальное возвращение в Германию. Где взять взрывчатку? У кого узнать места закладки взрывчатки? А, может, их и нет? Может, это все игра Соколова?»

В дверь кто-то постучал. Покровский вышел в другую комнату и, отодвинув в сторону занавеску, посмотрел на улицу. Около двери, переминаясь с ноги на ногу, стоял капитан. Олег Андреевич вышел в сени и открыл ему дверь. Степанов вошел в сени и взяв в руки веник, смел снег с валенок.