Однако на этом, как с удовольствием подметил Нед, сходство их нового хозяина с Девенпортом заканчивалось. У него было четверо юных сыновей – первенец Джон четырнадцати лет от первой жены Мэри (умершей, как это бывало со многими первыми женами, при родах) и еще три мальчика от второй супруги, Ребекки: Джонатан девяти лет, четырехлетний Сэмюел и совсем еще младенец Елеазар – ему не было еще года, и он до сих пор питался материнским молоком. Число домашних дополняли два черных раба, Авраам и Марта, лет двадцати пяти, супружеская пара. Рассел купил их на аукционе в Род-Айленде и научил догматам христианской веры. Спали они в надворной постройке, их невольничий статус хозяин без зазрения совести оправдывал тем, что Библия мирится с обращением в рабство язычников. «Уверяю вас, – говорил преподобный, – что в Англии было бы куда больше рабов, если бы там испытывали такую же нужду в рабочих руках, как мы здесь». Расселу был совершенно несвойственен мечтательный фанатизм Девенпорта. Он одинаково ловко управлялся с ружьем, топором, молотком, плугом и Библией. Он построил дом собственными руками и за минувший месяц надстроил его с учетом размещения ожидаемых гостей.

Основная часть жилища, где находились комнаты семьи, была обращена к северу. С южной стороны было пристроено новое крыло, двадцать на сорок футов, с холлом и гостиной на первом этаже, расположенными по обе стороны от лестницы и большого очага. Как только полковники сгрузили свои мешки, Рассел увлек их вверх по ступенькам. На втором этаже он показал им две просторные спальни, в которых горели свечи.

– Комнаты в полном вашем распоряжении, – сказал он гостям. – А теперь я покажу вам вот что. Закончил только на прошлой неделе.

Он открыл дверь, ведущую в узкий коридорчик позади очага между двумя спальнями. Оттуда пахнуло свежей краской и опилками. На половине прохода Рассел поднял пару незакрепленных досок и предложил полковникам подойти ближе и заглянуть внутрь. Свет лампы выхватил из темноты уходящую вниз лестницу.

– Там на первом этаже маленький чуланчик за печкой. Если кто-то придет вас искать, вы там спрячетесь.

– Очень изобретательно, – сказал Нед и добавил про себя: «В эту нору я заползу умирать».

После того как Рассел отправился к себе спать, пообещав утром познакомить их с остальными членами семьи («Можете быть уверены, они не проболтаются о вашем присутствии»), два полковника присели на одну из кроватей.

– Вот воистину человек Божий, – сказал Уилл. – Этого нельзя не почувствовать.

– Воистину так, – согласился Нед устало. – Нет сомнений.