Когда же наконец были выработаны соответствующие инструкции, 20 октября в Бухаресте были начаты официальные переговоры между главой чрезвычайной дипломатической миссии в Румынии К. Мациевичем и представителем П. Н. Врангеля в румынской столице С. Поклевским-Козеллом. Однако последний в ответ на предложения украинского дипломата заключить военную конвенцию и политическое соглашение сообщил, что вести переговоры на подобные сюжеты его не уполномочили. Время стремительно уходило, а стороны продолжали настаивать на своих позициях, неотвратимо заходя в тупик[985]. Такая же участь ждала и инициаторов перенесения переговоров между представителями УНР и П. Н. Врангеля в Париж и Варшаву, когда белогвардейцы оставляли Крым, а петлюровские части – Украину[986].

Единственное, что напрашивается в данном случае, – это предположение о том, что и при другом течении событий кардинально изменить ситуацию было вряд ли возможно.

Надеясь на собственную силу, П. Врангель не согласился на координацию действий с польской армией (французские специалисты, в частности, предлагали ввести единое командование), разработал собственный план действий Русской армии. Предполагался захват Северной Таврии, Донбасса, Таманского полуострова, затем – вторжение на Дон и Северный Кавказ и, наконец, после проведения мобилизаций (особый расчет был на поддержку казачества) – поход на Москву. Однако намеченные планы начали рушиться из-за нежелания крестьянства и казачества поддержать очередную военную кампанию: усталость оказалась настолько сильной и всеобщей, что даже более крепкое крестьянство (кулаки) стремилось положить конец разрухе и желало мирной жизни.

В тылу врангелевцев развивалась повстанческо-партизанская борьба. Ее организаторами были подпольные большевистские организации, которыми руководил Заграничный отдел ЦК КП(б)У. Практически на всей занятой белыми территории вспыхивали очаги сопротивления: осуществлялись диверсии (нарушение коммуникаций), нападения на военных и оружейные арсеналы, организовывались забастовки. Разрозненные партизанские отряды «зеленых», объединившись в Крымской повстанческой армии под командованием С. Бабаханяна, совершили ряд боевых операций, смелых рейдов. Карательные меры врангелевцев не могли погасить пламя борьбы[987].

Войска П. Врангеля не смогли достичь стратегического успеха в начатом в начале июня наступлении в Северной Таврии. Они были остановлены на линии Олешки – Мелитополь – Каховка, а начавшееся в конце того же месяца контрнаступление советских войск вернуло белогвардейцев почти на исходные позиции. Ситуация практически полностью повторилась в конце июля. Врангелевцам сначала удалось захватить Орехов и Александровск, однако после кровопролитных боев пришлось вновь отойти, позволив красным создать знаменитый Каховский плацдарм, который не только перерезал путь на Север и Донбасс, оттягивал на себя значительные силы противника, но и представлял непосредственную угрозу белым за Чонгарским перешейком. Отчаянные попытки вернуть утраченные позиции, кроме многочисленных потерь в живой силе и технике, ни к чему не привели[988].