Позднее выяснилось, что Мезельсону было известно не все. В Свердловске-19 действительно проводились исследования сибирской язвы с целью ее военного использования, что противоречило международным соглашениям. Однако лишь через много лет были рассекречены сведения о том, что и сама вспышка, и последовавшая за ней гибель людей, стали результатом ЧП, которого можно было избежать.

На самом деле один из сотрудников военного городка вытащил фильтр из вентиляционной системы. Прежде чем сделать это, он выключил вытяжку, чтобы прочистить фильтр и установить его обратно, но не закончил работу и сдал смену, не поставив его на место. Он оставил записку начальнику следующей смены, чтобы его предупредить, но тот ее так и не прочел. Когда его сменщик заметил, что в городке не работает вентиляция, он попросту включил ее обратно. Позднее об этой накладке стало известно, и фильтр тут же вернули.

Но сотням людей, что работали на заводе, куда дул ветер с военного городка, было уже все равно, ведь они успели вдохнуть смертоносные споры.

♦♦♦

Разумеется, Советский Союз был не первой и не единственной мировой державой, задумавшейся о потенциальном использовании сибирской язвы в качестве биологического оружия. На самом деле, первыми в военном конфликте ее использовали немцы. Во время Первой мировой войны немецкие шпионы заразили сибирской язвой принадлежавший Союзникам скот и корм для животных. Немцы попытались распространить ее в Аргентине, Финляндии, Франции и США.

Тайная миссия по высвобождению спор сибирской язвы в Америке была организована в начале войны, когда США все еще сохраняли нейтралитет, но активно обеспечивали силы Союзников скотом и снаряжением. Немецкие секретные агенты открыли небольшую лабораторию в подвале дома в Силвер-Спринг, штат Мэриленд, вырастили там бактерии сибирской язвы и распространили их с помощью тайной сети сотрудников в нескольких портовых городах. Здесь исторические сведения обрываются. До сих пор неизвестно, насколько эффективными оказались эти атаки, хотя похоже, что они не сыграли особой роли.

После страшных химических атак Первой мировой войны, во время которых применялись слезоточивый газ, цианистый водород, хлор, фосген и иприт, большинство стран мира подписали Женевский протокол 1925 года, запретивший использование химического и биологического оружия для ведения военных действий. И хотя к договору в итоге присоединилось тридцать восемь стран (а многие другие государства ратифицировали его позднее), его сила была ограничена. Его положения распространялись лишь на военные конфликты между подписавшими его странами. Другими словами, договор не предусматривал ограничений на использование химического и биологического оружия в ходе внутренних военных конфликтов, таких как гражданские войны, или запрета на применение подобных видов вооружения против стран, не участвовавших в его подписании. К тому же в нем не было никаких оговорок относительно владения биологическим оружием. Многие страны искали лазейки в Женевском протоколе, чтобы обеспечить себе право нанести ответный удар, подвергшись нападению с применением химического или биологического оружия. В итоге этот документ фактически превратился в соглашение о «неприменении первым». (Любопытное историческое отступление: несмотря на то, что многие страны подписали этот договор, примечательно, что в их число не вошли Китай, Япония и США, которые наконец ратифицировали документ в 1952, 1970 и 1971 году соответственно. США стали последней крупной мировой державой, согласившейся с условиями Женевского протокола через пятьдесят три года после конца Первой мировой войны.)