Однако, по его словам, он решил перечитать ноту и прочитал ее несколько раз. И наконец понял, что союзники не имели коварных намерений. Его величество был одержим только одной мыслью — покончить с войной и восстановить мир. Долгом и желанием старого адмирала на посту премьера стало следовать во всем императорской воле. Поэтому он собирался еще раз рассказать императору о заседании правительства и снова просить у его величества высказать окончательное решение. На этом Судзуки прервал заседание.

В действительности он дал знать военным, что если будет совершена попытка государственного переворота, то она будет иметь смысл, если произойдет до следующей Императорской конференции, подобной той, что была 10 августа, и на которой его величество огласит свое решение. Те, кто готов был действовать, должны были нанести удар как можно быстрее. Или же они должны были помешать или отложить созыв подобной конференции. Созвать ее можно было только при условии письменной петиции, подписанной премьер-министром и обоими начальниками штабов. Конечно, император мог созвать Императорскую конференцию по своей собственной инициативе, но такое случалось не часто.

После заседания правительства генерал Анами зашел в офис премьера. Военный министр застал у премьера посетителя — морского врача Кобаяси. Желая помешать проведению Императорской конференции, Анами спросил: «Господин премьер-министр, не сможете ли вы подождать еще два дня и только тогда созвать конференцию?»

Судзуки отказал военному министру в просьбе: «Время не ждет, Анами; мы не должны упускать эту возможность. Я сожалею».

Анами понял, что дальнейшая дискуссия бесполезна. Он раскланялся и ушел.

Господин Кобаяси был озадачен: «Почему бы не подождать немного? Неужели это так важно?»

Старый адмирал глубоко вздохнул и ответил: «Малейшее промедление опасно. Если мы упустим этот шанс покончить с войной, русские могут прийти не только в Корею, Маньчжурию или на остров Сахалин, но и высадиться на Хоккайдо. Это будет роковым ударом по самым основам нашей страны. Нет, мы должны решить вопрос, пока переговоры ведутся только с основным участником — Соединенными Штатами».

«Но, господин премьер-министр, генерал Анами может покончить с собой», — заметил Кобаяси.

«Да, — произнес Судзуки, задумчиво глядя на дверь. — Это возможно. Мне очень жаль». Он кивнул врачу и вышел из комнаты.

В то время как военный министр ушел с заседания правительства и, чтобы успокоить себя, занялся стрельбой из лука в саду своей официальной резиденции, Того ехал мимо городских руин столицы. Он торопился на торжественный обед, устроенный по поводу переезда в новую официальную резиденцию министра иностранных дел, после того как прежняя сгорела в пожаре после авианалета. Он надеялся немного отдохнуть в дружеской компании, хотя и предстояло решить некоторые дела. Все же это была небольшая передышка после тяжелых рабочих дней, когда он был занят 18 часов в сутки, противостоя напору милитаристов.