Проамерикански настроенный Танака был явно недоволен, когда армия начала активно вмешиваться в политику, и резко возражал против ее курса на сотрудничество со странами оси. Он был дома в постели 8 декабря 1941 года, когда его молодой сын принес ему новость о начале войны. Танака лежал закрывшись с головой одеялом, когда он услышал взволнованный голос сына: «Отец, Япония одержала большую победу у Пёрл-Харбор». Генерал повернулся, продолжая лежать на футоне.

«Объявление войны! — продолжал говорить его сын. — Ты слышал эту замечательную новость? О большой победе у Пёрл-Харбор?» Танака, подобно черепахе, высунул голову из-под одеяла и произнес: «Я знаю, что Япония поступила глупо. Ты думаешь, что Япония победит Америку? Боюсь, что нет! Что станет с Японией?» Затем он снова закрыл свое лицо.

Танака имел репутацию храброго солдата и служил на ответственных постах, где требовалось все его мужество. Он возглавлял кэмпэйтай дважды. Поэтому ему было привычно действовать жестко и решительно. Его заслуги на этом посту принесли ему назначение на должность командующего японскими войсками на Филиппинах в 1944 году. Заболев малярией, Танака вернулся в Японию и, выздоровев, получил свое последнее назначение; и всем были известны его усы и громкий командный голос.

Теперь, когда до рассвета оставалось совсем немного, генерал Танака вновь попытался связаться с полковником Ватанабэ, командиром 1-го полка императорской гвардии, но телефон молчал. Танака встал и вызвал своего адъютанта полковника Цукамото: «Я отправляюсь во дворец, подготовьте автомобиль и принесите мне мое оружие. Я опасаюсь, что с императором могло случиться что-то серьезное».

«Все еще темно, генерал, — заметил Цукамото, — и солдаты-мятежники могут не рассмотреть командирские флаги на машине». Танака в нетерпении ходил по кабинету. Затем вновь, хотя еще не рассвело, он потребовал у Цукамото принести ему револьвер. Адъютант снова отказал ему, сказав, что это его долг — охранять Танаку, и поэтому генерал не нуждается в оружии. Генерал продолжал настаивать, и Цукамото начал колебаться. Наконец Танака твердо потребовал выдать ему его персональное оружие и скомандовал: «Теперь пошли, Цукамото!» Это было в пятом часу утра.

Танака, Цукамото и Фува сели в штабную машину, их сопровождали четыре военных полицейских. Генерал приказал шоферу ехать в штаб 1-го полка, но только не через ворота Сакасита. Командир полка Ватанабэ служил ранее под началом Танаки, и было логичным обратиться непосредственно к нему, даже если полк уже принял участие в мятеже.