Военный министр медленно повернулся лицом в направлении дворца, крепко сжав рукоять меча своей мощной правой рукой. Он уже нанес себе смертельную рану, когда вернулся Такэсита. Согласно принятым правилам, мечом надо было вспарывать брюшную стенку точно под самым нижним левым ребром, а затем разрезать желудок слева направо и вслед за этим под прямым углом перемещать лезвие резко вверх.

Когда Такэсита приблизился к военному министру, тот нащупывал сонную артерию на правой стороне шеи пальцами левой руки. Такэсита рассказал о донесении генерала Окидо о вспыхнувшем мятеже, а потом спросил: «Мне помочь вам?»

«Нет», — с трудом произнес Анами. Он полоснул кинжалом по правой стороне шеи и повалился ничком. Ударил фонтан алой и густой крови и залил полированный пол веранды.

В то время как Токугава и другие камергеры проходили через тяжелые испытания, а здание министерства продолжало находиться в осаде, мятежники проявили активность в другом районе столицы. 14 августа на Радио Токио, в штаб-квартире Эн-эйч-кей, царило небывалое оживление. Распространились слухи, что 14-го или 15-го числа император обратится по радио к народу с речью! Все, кто прослышал об этом, у кого не было домашних дел, целый день не отлучались никуда из здания радиостанции. Вечером многие отправились по домам, но большая часть работников осталась; они были убеждены, что император мог приехать и ночью, поскольку обстоятельства были чрезвычайными. Они хотели стать свидетелями исторического события. Они заполнили все комнаты отдыха, легли спать у себя в кабинетах; кругом на каждом стуле и кресле спали люди. В это время в здание зашли первые отряды мятежников.

Здание Эн-эйч-кей было построено в 1939 году. Его студии, оборудованные по последнему слову техники, свидетельствовали о крупных достижениях современной Японии. К 1945 году трансформация Эн-эйч-кей стала символичной; прежняя гейша превратилась в неряшливо одетую женщину. Станция стала пропагандистской и занималась дезинформацией слушателей; единственным развлекательным контентом были музыкальные программы. Все остальные передачи поражали своей убогостью и серостью, были такими же, как и угольно-серый фасад здания. Сильно мешали работе отключения электричества, особенно в дневное время. Но в связи с проблемами издания и распространения газетной продукции передачи Эн-эйч-кей продолжали оставаться основным цементирующим материалом, связующим нацию воедино.

Окружив здание, мятежники вошли внутрь и задержали всех штатных работников редакций и заперли их в студии № 1, большом помещении, предназначенном для записи передач симфонической музыки и театральных постановок. Они заняли здание в 4 часа утра, но операция началась только в пять.