Мятежники привезли из дворца главного инженера Эн-эйч-кей и отвели его в комнату, где находились остальные задержанные. В этот момент молодой служащий радиокорпорации сумел пробраться к боковому входу здания, затем доехал до отеля «Дай-Ити», расположенного в двух кварталах от штаб-квартиры. Там проживали начальники отделов Эн-эйч-кей. Новость о захвате здания радиокорпорации вызвала между ними споры относительно дальнейших действий. Они решили, что необходимо обратиться к президенту Эн-эйч-кей, который, как они слышали, решил остановиться во дворце на ночь после завершения сеанса записи. Они не имели ни малейшего понятия, что дворец был также захвачен, и послали туда курьера с посланием президенту. Но курьер был остановлен у дворцовых ворот, и его сообщение так и не получили работники корпорации, все еще находившиеся под арестом.

В 5 часов майор Хатанака и двое солдат вошли в студию № 12 на Радио Токио. У майора был на руках «манифест», и он приказал дежурному инженеру подготовиться к трансляции. Инженер сказал Хатанаке, что на время передачи военных сообщений отменяются все иные передачи. Майор пришел в ярость и выбежал из студии. Инженер, опасаясь возможных последствий, бежал.

Хатанака направился в отдел новостей и потребовал, чтобы ему дали возможность выступить. Ему отказал в этом помощник начальника отдела, его поддержали и все остальные, там присутствовавшие. Хатанака вернулся в 12-ю студию и нашел там диктора по имени Татэно. Майор вытащил револьвер, направил его на Татэно и потребовал от бедняги предоставить ему на радио слово. Тот коротко ответил: «Мы должны проконсультироваться в штабе армии; если выступление будет передано на всю страну, то нам придется установить технический контакт со всеми местными радиостанциями». Татэно просто тянул время. Хатанака горячо с ним спорил, требуя включить микрофоны, чтобы он мог прочесть свой манифест.

А в это время инженер в аппаратной получил распоряжение отключить связь между студией и радиопередатчиком. Таким образом, даже если бы Хатанака и его соратники захватили студию, линия связи уже не действовала. Однако Хатанака и другие мятежники не знали об этом. Они теряли драгоценное время, пытаясь связаться с Армией Восточного округа и получить разрешение на радиопередачу, но, хотя каждый раз они и выходили на представителей высшего командования, ответ был один — нет. Хатанака напрасно размахивал своим манифестом, который начинался словами: «Наша армия, охраняющая дворец…» За окном взвыли сирены воздушной тревоги. Опять подлетал Теки-сан со смертельным грузом.