В Токио, недалеко от района Итигая, отец Джозеф Роггендорф из Католического университета Святой Софии задал вопрос своим студентам, чего они ожидают от речи императора. Многие полагали, что его величество сообщит о том, что в отместку Япония готова сбросить атомную бомбу на Вашингтон. Другим распространенным мнением было, что будет объявлена всеобщая мобилизация на войну с русскими. Были и такие, кто говорил, что император сообщит о высадке войск противника на священной японской земле. Ни один человек не предполагал, что будет объявлено об окончании войны.

Многие в стране думали, что император объявит России войну. Нет, говорили их оппоненты, суверен призовет к войне до последнего человека. Возможно, Хирохито заявит об отречении от престола? Или будет объявлено о слиянии армии и флота, о котором уже давно шли разговоры?

В государственных учреждениях все чиновники собрались вокруг радиоприемников. На сельских рынках собирались крестьяне и горожане, пройдя многие мили для того, чтобы услышать голос Священного журавля.

Тем временем на Радио Токио позвонили из Информационного бюро и рекомендовали вести радиопередачу из секретной радиостудии, расположенной во втором подвальном помещении здания страховой компании «Дай Ити». Старший инженер Аракава в Эн-эйч-кей не принял во внимание это предложение. Все были в безопасности: здание радиокорпорации и студии находились под охраной; была свободная записывающая аппаратура в студии «Дай Ити», обстановка была спокойная и безопасная.

Было принято решение, что большое событие должно состояться в Студии 8, так как множество людей хотели при нем присутствовать. ВИП-персоны из Информационного бюро, министерства императорского двора и Эн-эйч-кей и работники Радио Токио, имевшие допуск, заполнили всю студию. У ее дверей стояла охрана из военной полиции, тщательно проверявшая всех приходящих. Все свободные места в аппаратной комнате были заняты работниками Эн-эйч-кей, желавшими стать свидетелями исторического момента.

В 11:45 господин Охаси, президент Эн-эйч-кей, предъявил всем красивую деревянную коробку, в которой был контейнер с записями, завернутый в вышитую шелковую материю. Он передал коробку с глубоким уважительным поклоном главе отдела новостей, который также поклонился ему. Затем он вручил ее одному из журналистов (специально выбранному для этой почетной обязанности), и они также обменялись поклонами. Записи были торжественно перенесены в аппаратную журналистом, который передал их инженеру, и снова последовал обмен поклонами. В студии среди зрителей почувствовалось волнение.