— Зато на ней не осталось ни царапины, — заявил Легатт, выплескивая кофейную гущу.

— А Жюль? — поинтересовался я.

— О, Жюль решил, что в стране началась социальная революция, о которой так много говорили, но ему помешал макинтош.

— Это вы велели мне захватить макинтош, — прошептал мне на ухо Легатт.

— Но когда я почти убедил эту мелкую шантрапу в том, что он — французский виконт, направляющийся с визитом к главнокомандующему в Портсмуте, Жюль попытался снять его. Разглядев под ним его униформу, какой-то начинающий Шерлок Холмс из патруля «Розовый глаз», которого приятели называли Эдди, дедуктивным методом вычислил, что я морочу им голову. Этот Эдди заявил, что я пытаюсь незаметно просочиться в Портсмут, так как продался врагу. Вскоре выяснилось, что у местных скаутов как раз началась военно-ролевая игра по оказанию противодействия оппозиционным силам, в которую включились все рода войск. Вдобавок, они так боялись, что захват машины не принесет им десять очков, что даже готовы были снять с нас скальпы. Спасло нас вмешательство судей — те тоже явились поглазеть на нас в одном исподнем — я имею в виду, в кожаных шортах. Хорошенькое было зрелище, нечего сказать!

При этих словах мистер Пайкрофт зажмурился и кивнул сам себе.

— Одним из этих судей, — внезапно объявил он, — оказался мистер Моршед — тот джентльмен, с которым вы уже свели знакомство и поимели свою выгоду, если не ошибаюсь.

— Ага, выходит, флот тоже участвовал в этих игрищах? — спросил я, потому что мне уже доводилось слышать о диких выходках бойскаутов на портсмутской дороге, в которых принимали самое деятельное участие флот, сухопутные войска и весь остальной мир.

— Да, флот тоже оказался замешан в этом деле. Как и я — правда, всего на несколько секунд. Наш мистер Моршед поначалу не узнал меня в меховом пальто, как не заметил и того, что я отчаянно подмигиваю ему из-под ваших автомобильных очков. Но когда этот Эдди поведал ему свою историю, я отдал честь, что в мехах сделать не так-то просто, и заявил, что везу срочную депешу с Севера. Тут мистер Моршед моментально врубился. «Ступайте, и да хранит вас Бог», — молвил он своим подопечным из детского дома Фраттона, все еще стоявшим навытяжку.Когда же они убрались, он негромко обратился ко мне: «Пайкрофт, во имя Гонконга, какого дьявола ты делаешь в этом сером сампане?»

— Сампан? — удивился я.

— Это на глаза ему попались защитные циновки вашего мистера Легатта. Автомобиль и впрямь напоминал сампан, особенно с кормы. При этих словах я, разумеется, бросился ему на грудь, насколько позволяют армейские приличия, и открыл ему душу, присовокупив, что автомобиль принадлежит вам... Вы же помните, что он жует губами, как кролик? Да, он был весьма доволен. «Его автомобиль! — забормотал он себе под нос, забавно шевеля губами. — Я кое-что ему должен за то, что он написал обо мне. Пожалуй, оставлю-ка я этот автомобиль себе».