Британцы теперь действовали экономно. Больше не было больших серий. Вместо этого они сбрасывали две глубинные бомбы за раз, возможно с разными установками глубин срабатывания. Я еще не осмелился расслабиться, когда молот снова грохнул по нам с немыслимой силой.

Совсем близко ко мне кто-то быстро задышал. Слюна клокотала в его горле. Затрудненные вздохи перемежались стонами, как будто бы он был ранен. На мгновение я был озадачен, затем выбросил эту мысль из головы. Мы можем утонуть, но шрапнель не коснется нас.

Командир должен придумать что-то новенькое! Нет никакой надежды улизнуть — импульсы ASDIC держали нас за горло. Наверняка у них там наверху первоклассные операторы, которых не обведешь вокруг пальца. Сколько времени нам еще осталось? Сколько времени потребуется им для завершения поворота и выхода в следующую атаку?

К счастью для нас, неприятель вынужден сбрасывать свои бомбы на скорости. Если бы эти свиньи могли подкрасться к нам со своим пикающим ASDIC'ом и сбросить свои штуки через борт, когда они были прямо над нами, то игра в кошки-мышки закончилась бы уже давно. К счастью для нас, они были вынуждены проходить на некоторой скорости, чтобы взрывы глубинных бомб не раскололи их собственный корпус.

Что же собирался делать Командир? Он нахмурил брови. Я чувствовал, как напряженно он думает — это было написано на лбу у него. Быть может, он снова умудрится увернуться в нужную сторону в последний момент, на верной скорости, на верной глубине? Пора ему было открыть рот и отдать свой приказ. Или он сдался, признал себя побежденным?

Как будто большой холст внезапно прорвался в центре: хриплый голос Командира возвысился над шумом. «Откачивать воду за борт! Руль лево на борт! Обе машины полный вперед!»

U-A рванула вперед. В общем гуле насосов не было слышно. Матросы покачнулись и схватились за трубы. Командир сидел, прочно опершись на стол для карт. Крихбаум ухватился за свой столик.

С неожиданным приливом воодушевления я понял рискованную игру, которую только что начал Командир. Несмотря на ASDIC, он упрямо удерживал курс. Новый трюк — этот вариант применялся впервые. Это было очевидно. Командир эсминца тоже не был салагой. Он не рвался слепо в точку, где нас засекли в последний раз. Мы знали, когда он выходил в атаку. Мы также знали, что он не может удерживать нас на крючке на большой скорости, что мы попытаемся уйти с курса его сближения и сменить глубину. Но будем мы уклоняться влево или вправо, вверх или вниз — это все он должен был догадываться. Поэтому, всего лишь для разнообразия, Старик обошелся без уклонения и просто удерживал курс и скорость. Блеф и двойной блеф.