— Карательная экспедиция? Значит, господин капитан командовал карательными экспедициями. Несчастные узбеки!

— Там были не узбеки… — не понял Бай Мирза. — Там были эти, как их, партизаны. Наглые, безумные людишки, осмелившиеся поднять руку против рейха. И мы их… беспощадно…

— Беспощадно?..

— Таков был приказ фюрера.

— И деятели Туркестана Мустафа Чокай, Исхаков, Валиди, Османходжа — все вожди эмиграции — не удивлялись, что узбеков сделали жандармами-карателями? Или они не знали вас и ваши эти… батальоны? Не знали ваших дел, достойных эмирских ширбачей?..

— Мустафа Чокай умер. Его нет. Валиди, остальные — мусор на свалке истории. Нет, теперь нужны смелые, молодые, жестокие. Так сказал сам фюрер. Хайль! — Бай Мирза выбрался из подушек, на которых он сидел по-турецки, и, подойдя к Сахибу Джелялу, попытался фамильярно его обнять. Не заметив даже, что тот брезгливо отстранился, он доверительно зашептал: — Но какой опыт в убийствах! Какая жестокость, беспощадность! Какая страстность энтузиазма! О, с такими серыми волками мы ворвемся в Туркестан. Такие воины сметут Красную Армию, большевиков, Советы… Долой!

— И что вы будете делать в Узбекистане?

— Советскую власть прикончим — раз! Революционеров прикончим. Землю баям, заводы — хозяевам, финансы — банкирам. А со всякими там просвещениями, клубами, раскрепощениями женщин — вот этой нашей рукой сами разделаемся.

— Сами? — Теперь уж Сахиб Джелял смотрел на собеседника с пристальным любопытством.

Ничего не замечал Бай Мирза, и напрасно. Лицо его собеседника темнело и искажалось. Сахиб Джелял не скрывал презрения и отвращения.

— Я сам буду фюрером Туркестана, а вам, домулла, предлагаю пост министра финансов, — я слышал, вы когда-то являлись визирем и советником блистательного двора эмира бухарского. И опыт у вас есть! О, мы с вами потрудимся. Создадим конфедерацию ханств — Бухара, Коканд, Ташкент, Хива, Мерв… Величественно, а!

— Гитлеризм — учение фашизма — предусматривает господство и превосходство одной расы… арийской расы. Немцы признают одну расу господ — себя. Значит, узбекам суждено ходить под гитлеровцами. Я не удостоен общения со знатными людьми фашистского рейха. Пребываю вдали от европ, но и до моих ушей дошло… Говорят, что Гитлер сказал: «Никаких туземцев — президентов или самостоятельных королей. Никому из дикарей не дадим самостоятельности. На Кавказе, в Туркестане будут губернаторы, ну, а дикарей, — это он про нас, узбеков, киргизов, таджиков, — в крайности будем держать в канцелярии советниками, переводчиками». Ну, совсем как при Кауфмане или Одишелидзе — югурдаками, мальчиками-малайками на побегушках.