Входят Оксфорд и Сомерсет.
Сомерсет говорит Уорику, что королева Маргарита вернулась из Франции с сильным войском.
– Ах, если бы ты мог с нами сейчас направиться к ней! – сетует Сомерсет. – Мы могли бы все отыграть.
Смерть графа Уорика (гравюра из издания Imperial Edition of the Works of Shakespeare. Virtue and Company, 1872)
Уорик начинает, по-видимому, бредить и разговаривать со своим младшим братом Монтегью, звать его. Сомерсет сообщает умирающему, что Монтегью погиб. Уорик прощается с лордами и
– Скорей навстречу войску королевы! – призывает Оксфорд, и лорды
Сцена 3 Другая часть поля сражения
Сцена 3
Другая часть поля сражения
Трубы. Входит торжественно король Эдуард; с ним Кларенс, Глостер и другие.
В этой крошечной сцене не происходит ничего, кроме обмена информацией. Итак: Эдуард уже знает, что Маргарита Анжуйская привела из Франции армию и движется с ней навстречу Йоркам. Кларенс уверен в легкой победе Эдуарда, Глостер же подсчитывает силу противника (тридцать тысяч солдат плюс войска Сомерсета и Оксфорда, что немало) и говорит, что шанс на победу есть, если не дать армии Маргариты передохнуть.
– Если мы дадим ей возможность набраться сил, она по мощи сравняется с нашей армией, – предупреждает Ричард Глостер.
У Эдуарда есть сведения о передвижениях Маргариты: она направляется в Тьюксбери.
– Вот туда и пойдем, – решает король Эдуард. – И по пути будем в каждом графстве преумножать свое войско.
Трубы. Уходят.
Сцена 4 Равнина близ Тьюксбери
Сцена 4
Равнина близ Тьюксбери
Марш. Входят королева Маргарита, принц Эдуард, Сомерсет, Оксфорд и солдаты.
Длинный духоподъемный монолог Маргариты Анжуйской сводится примерно к следующему: мудрые люди не плачут о потерях, а ищут способы исправить положение. Да, мы потеряли Уорика и Монтегью, но у нас есть Сомерсет и Оксфорд. Нам с сыном, конечно, не хватает боевого опыта, но мы не станем сидеть и плакать, мы будем идти вперед! А если кто-то из вас надумал переметнуться на сторону Йорков, имейте в виду: они вас не простят и не пощадят. Если зло неизбежно, глупо бояться и плакать, надо встретить его лицом к лицу. Смелей!
– В моей матери такая сила духа, что любой трус, услышав ее речь, нашел бы в себе отвагу, – с гордостью говорит принц Эдуард, которого Шекспир отчего-то больше не называет принцем Уэльским. – Я не сомневаюсь в вашей храбрости, друзья, но если бы заподозрил, что кто-то дал слабину, то попросил бы его покинуть наши ряды до начала битвы, чтобы он своей трусостью не заражал других.
– Когда женщины и дети проявляют такую смелость, воинам стыдно проявлять робость, – произносит Оксфорд. – Дай бог, чтобы ты, юный принц, стал таким же знаменитым полководцем, как твой дед, король Генрих Пятый!
– А если кто ради этого не хочет сражаться, пусть идет спать, – добавляет Сомерсет.
Маргарита и принц благодарят своих верных дворян за добрые слова.
Входит гонец.
– Готовьтесь, лорды, Эдуард с армией уже близко.
Оксфорд ничуть не растерян:
– Я этого ожидал; он рассчитывает застигнуть нас врасплох.
– Но он ошибается, мы полностью готовы, – говорит Сомерсет.
Маргарита радуется, что ее военачальники не оплошали.
Марш, трубы. Входят король Эдуард, Глостер, Кларенс и солдаты.
Таким образом, два руководителя, Маргарита Анжуйская и Эдуард Четвертый, сходятся лицом к лицу. Каждый из них обращается к своим войскам и призывает быть отважными и биться до последней капли крови.
Оба войска уходят.
Сцена 5 Другая часть равнины. Шум битвы. Стычки, затем отбой
Сцена 5
Другая часть равнины. Шум битвы. Стычки, затем отбой
Трубы. Входят король Эдуард, Глостер, Кларенс и солдаты; с ними пленные – королева Маргарита, Оксфорд и Сомерсет.
Король Эдуард отдает распоряжения:
– Оксфорда отправьте в Гамский замок, а Сомерсету отрубите голову. Забирайте их, я не хочу их слушать.
– А я и не собирался ничего говорить, – огрызается Оксфорд.
– Я тоже. Как будет – так и будет, – говорит Сомерсет.
Ну вот, хоть какая-то ясность наступила с Сомерсетом. Это Эдмунд, младший сын того Эдмунда Бофора, 2-го герцога Сомерсета, чью голову отрезал когда-то Ричард Глостер. После поражения в битве при Тьюксбери он был казнен 6 мая 1471 года. Да, король Эдуард Четвертый уже давно лишил его титулов (потому в архивах данного периода никакого официального Сомерсета и нет), но ланкастерцы считали, что этот Бофор имеет право именоваться Сомерсетом.
– Вы объявили, что тот, кто возьмет принца Эдуарда, получит награду? – строго спрашивает король Эдуард.
– Конечно, – отвечает Глостер. – А вот, кстати, и он!
Входят солдаты, ведя принца Эдуарда.
– Давайте сюда молодчика, – требует король. – Ну, что скажешь, юноша? Чем собираешься заглаживать свою вину за то, что поднял меч на законную власть и причинил мне столько беспокойства?
– Ты должен разговаривать со мной как подданный, – надменно произносит принц. – От имени моего отца я требую, чтобы ты отдал ему трон и прямо здесь преклонил колени. Тогда я буду говорить с тобой так, как ты только что посмел говорить со мной.
– Ах, сынок, если бы твой отец умел быть таким твердым, как ты, – вздыхает Маргарита.
Глостер пытается ее поддеть, но получается весьма топорно:
– Если бы ваш муж был твердым и решительным, вам не пришлось бы одалживать у Ланкастеров пару штанов. Ходили бы в юбке, как положено приличной даме.
– Подобные высказывания здесь неуместны, – строго замечает принц.
– Ну, щенок, мало тебе не покажется, – угрожает ему Глостер. – Замучаю.
– А ты больше ничего и не умеешь, только мучить, – говорит Маргарита. – Прямо создан для этого.
– Уберите отсюда эту злую бабу! – приказывает Глостер.
– Нет, лучше уберите злобного горбуна! – парирует принц.
Наконец, подает голос и король Эдуард. Что-то больно долго молчал он, наблюдая за сварой. Наверное, был чем-то серьезным занят.
– Молчи, наглец, или я тебе рот насильно заткну, – говорит он принцу.
– Мальчишка-неуч, ты слишком заносчивый, – подтявкивает Кларенс.
Но принца Эдуарда так просто не заткнешь.
Свой долг я знаю, вы же свой забыли! Развратный Эдуард, предатель Джордж И безобразный Дик, я говорю вам: Я выше вас; изменники вы все.