Если же под «ответом Людовика и Боны» подразумевается нечто иное, например, действительно ответ на какое-то письмо, то тогда вообще все становится непонятным.
Сцена 4 Лондон. Покой во дворце
Сцена 4
Лондон. Покой во дворце
Входят королева Елизавета и Риверс.
Риверс – это тот самый брат королевы Елизаветы, Энтони Вудвилл, о котором шла речь, когда Глостер выкатывал королю Эдуарду претензии, мол, отдал жениному брату хорошую невесту, дочь лорда Скелса. За заслуги перед Ланкастерами отцу Елизаветы, Ричарду Вудвиллу, был пожалован титул барона Риверса, а спустя много лет, когда к власти пришел Эдуард и женился на Елизавете, король дал своему тестю титул графа Риверса, то есть именование оставил, а ранг повысил. После гибели Ричарда Вудвилла, графа Риверса, титул унаследовал его старший сын Энтони.
Про ставшие уже привычными вопиющие анахронизмы деликатно промолчим, скажем только, что в реальности между сватовством к Боне, одновременной женитьбой на Елизавете (1464 год) и той битвой при Эджкот-Муре, в которой Ричард Вудвилл был взят в плен (1469 год), прошло пять лет. Отца Елизаветы и ее младшего брата Джона, который тоже участвовал в той битве, предали суду и быстренько казнили путем усекновения головы. И только после этого Энтони Вудвилл получил право именоваться графом Риверсом, получив титул по наследству. Шекспир в очередной раз «съел» несколько лет и сделал вид, что это всего-то пара дней.
Короче, с Риверсом разобрались: это брат королевы.
– Что вас так расстроило, ваше величество? – спрашивает он сестру.
– Ты разве не слышал, какая беда приключилась с Эдуардом?
– А что, он потерял в сражении много солдат?
– Не солдат он потерял, а себя самого, – с горечью отвечает королева.
– Так он убит?
– Почти убит. Взят в плен. То ли стражники оказались предателями, то ли противник застал его врасплох. Мне потом сообщили, что он под стражей у епископа Йоркского, а епископ – брат Уорика, то есть наш враг.
Брат пытается подбодрить Елизавету:
– Не отчаивайся, сестричка, сейчас все плохо, согласен, но ведь все может перемениться. Сегодня победил Уорик, а завтра победим мы.
– Только этой надеждой и живу. Отчаиваться мне нельзя, и горевать нельзя, ведь я ношу под сердцем ребенка, а тяжелые переживания могут ему повредить.
То есть королева у нас беременна. Будем иметь в виду.
– А что с Уориком? Известно что-нибудь о нем?
– Говорят, он идет на Лондон, чтобы вернуть на престол Генриха. Потом, наверное, начнет уничтожать всех сторонников Эдуарда. Так что мне имеет смысл спрятаться в аббатстве, чтобы сохранить жизнь наследнику Эдуарда, иначе и меня не пощадят. Бежим со мной, Энтони, пока Уорик нас не схватил.
Сцена 5 Парк близ замка Мидлхема в Йоркшире
Сцена 5
Парк близ замка Мидлхема в Йоркшире
Входят Глостер, Хестингс, сэр Вильям Стенли и другие.
Уильям Стенли и его брат Томас Стенли – знатные дворяне, поддерживавшие йоркистов.
Глостер объясняет своим спутникам, для чего привел их
Входят король Эдуард и егерь.
Егерь зовет Эдуарда подойти поближе: он заметил дичь.
– Нет, друг мой, давай-ка подойдем к этим охотникам, – отвечает Эдуард. – Ну что, Глостер и Хестингс, решили украсть оленя у епископа?
Даже в такой ответственный момент Эдуард не теряет присутствия духа и шутит. До чрезвычайности жизнелюбивым оптимистом рисует его Шекспир.
– Брат, не до шуток, надо торопиться, – говорит Глостер. – Твой конь стоит за оградой парка.
– И куда мы поедем? – интересуется Эдуард.
– Сначала в Линн, а оттуда во Фландрию, – объясняет Хестингс.
– Да, это очень хороший план, – подтверждает Ричард Глостер.
Король Эдуард
Король, наконец, замечает лорда Стенли, с которым почему-то даже не поздоровался, когда подошел к «охотникам».
– Я тебя награжу за рвение, – говорит он.
– Заканчивай разговоры, время не ждет, – торопит Глостер.
Эдуард предлагает егерю ехать с ними.
– А у меня другого выхода нет, – уныло отвечает егерь. – Иначе меня повесят за то, что вас упустил.
Глостер нервничает:
– Да хватит уже болтать! Идемте же!
– Прощай, епископ, – смеется Эдуард. – Уорик не простит тебе мой побег, так что молись, чтобы я вернулся на трон, иначе головы тебе не сносить.
Сцена 6 Комната в Тауэре
Сцена 6
Комната в Тауэре
Входят король Генрих, Кларенс, Уорик, Сомерсет, молодой Ричмонд, Оксфорд, Монтегью и комендант Тауэра.
Вот и еще одно новое лицо – молодой Ричмонд. Это крайне важная фигура для английской истории. Вернемся немного назад и вспомним, что король Генрих Пятый умер, когда его сыну Генриху Шестому еще года не исполнилось. Соответственно, осталась молодая вдова Екатерина Валуа, дочь короля Франции Карла Шестого Безумного. Вспомнили? Екатерина влюбилась в молодого дворянина из Уэльса по имени Оуэн Тюдор, тайно вышла за него замуж и родила троих сыновей и дочку. Один из этих сыновей, старший, звался Эдмундом Тюдором и приходился, как вы понимаете, единоутробным братом королю Генриху Шестому, как, впрочем, и остальные дети Екатерины и Оуэна. Эдмунд прожил недолго, всего двадцать шесть лет, но успел жениться. Правда, сынок родился уже после его смерти. Вот этот сынок и есть тот самый молодой Генри, граф Ричмонд. Правнук короля Франции, племянник Генриха Шестого. Но был и еще немаловажный нюанс, который заключался в родословной его матери, молоденькой жены Эдмунда Тюдора. Имя ее – Маргарита Бофор, она правнучка Джона Гонта, дочь того самого Джона Бофора, графа Сомерсета, который в первой части пьесы участвовал в сцене, где дворяне срывали алые и белые розы. Если кто еще не понял: Генри Тюдор, граф Ричмонд, имеет право на английский трон и может стать претендентом, ежели с Генрихом Шестым и его сыном какая беда приключится.
Вот этого мальчика, которому должно быть в тот период 13–14 лет (год его рождения точно не установлен, то ли 1457, то ли 1456), и выводит на сцену Шекспир.
Генрих Шестой освобожден, стоит в окружении друзей и прощается с комендантом Тауэра.
– Ну, комендант, чем тебя наградить в честь моего ухода?
– Подданные не смеют ничего просить у короля, – смиренно отвечает комендант. – Но я бы хотел попросить у вас прощения.
– За что, друг мой? За то, что ты был со мной добр? Если бы не ты, я бы не вынес заточения, и твоя доброта не останется без награды.
Затем он обращается к Уорику:
– Ты спас меня, Уорик, и я тебе благодарен. Но я не хочу искушать судьбу, поэтому править больше не стану. Буду скромно жить в уединении и ни во что не вмешиваться. Пусть корона останется на моей голове, но тебе, Уорик, я вручаю всю полноту власти. У тебя лучше получится управлять страной.
– Вы не только добродетельны, государь, но и мудры, – с почтением отвечает Уорик. – Действительно, судьбу искушать не нужно. Лучше жить в гармонии с собой. Но все же позволю себе возразить: среди нас находится герцог Кларенс, он брат короля, он стоит выше меня, а вы доверяете управление страной мне, хотя я не самый достойный среди присутствующих.
Но Кларенс принимается уговаривать Уорика, мол, ты вполне достоин власти, ты удачлив и в военных делах, и в мирных, я тебе охотно уступаю.
– Нет, – настаивает Уорик, – я хочу, чтобы протектором был Кларенс.
Генрих, который не переносит никаких споров и противостояний, тут же принимает решение:
– Уорик и Кларенс, протяните друг другу руки, чтобы никакой раздор не помешал эффективному правлению. Вы оба будете протекторами, а я удалюсь в уединение и на покое буду молиться до конца своих дней.
– Ну что, Кларенс, ты согласен? – спрашивает Уорик.
– Если ты согласен, то и я тоже. Полагаюсь на твою удачливость, – отвечает Джордж Кларенс.
– Тогда и я соглашусь, хоть и не хочется. Давай, Кларенс, вдвоем впряжемся и будем замещать короля Генриха. Я более или менее разбираюсь в том, как руководить страной, а почести оставим королю. Сейчас нам с тобой необходимо объявить Эдуарда изменником и конфисковать его имущество и земли.
– И с наследством разобраться, – тут же напоминает Кларенс.
– Не волнуйся ты так, получишь свою долю, – обещает Уорик.
– Я не могу больше вам приказывать, но умоляю: верните из Франции мою жену и сына. Мне свобода не будет в радость, пока не увижу их, – просит Генрих.
– Все сделаем, ваше величество, – отвечает Кларенс.
Генрих обращает внимание на подростка, который стоит рядом с Сомерсетом.
– Кто этот юноша, лорд Сомерсет?
– Это молодой граф Ричмонд.
Судя по тому, что далее говорит Генрих Шестой, он отлично знает, какова родословная юного графа. Ему ничего объяснять не нужно. Генрих называет мальчика «Англии надеждой» и предсказывает ему трон, корону и блистательное правление на благо страны.