Ну ясное дело, Тюдоров нужно изо всех сил прославлять, ведь пьесы-то при Елизавете писались, последней королеве из рода Тюдоров.
Входит гонец.
Он сообщает, что король Эдуард бежал из-под надзора епископа Йоркского и теперь скрывается в Бургундии.
Бургундия – не случайный выбор, вы ведь помните, что одна из сестричек короля Эдуарда, Маргарита, вышла замуж за герцога Бургундии Карла Смелого, так что братца, надо полагать, с радостью приютит.
Уорик расстроен, что и не удивительно.
– Это плохо. Как же ему удалось сбежать? – спрашивает он.
– Эдуард каждый день охотился, вот Глостер и Хестингс его там нашли, в парке-то, и увезли. У егерей буквально из рук вырвали.
Хорошая легенда. Особенно если учесть, что егерь был только один, да и тот уехал вместе с беглецом, так что давать показания было некому.
– Значит, мой брат безответственно отнесся к своему долгу, – удрученно констатирует Уорик. – Что ж, господа, пойдемте подумаем, посоветуемся, что предпринять в связи с этим.
Уходят все, кроме Сомерсета, Ричмонда и Оксфорда.
– Не нравится мне все это, – озабоченно произносит Сомерсет. – Если Эдуард действительно в Бургундии, то ему там обязательно помогут, там же его сестра. А это значит, что новая война неизбежна. Я возлагаю большие надежды на молодого Ричмонда, поэтому считаю, что в такое смутное и опасное время его нужно отправить в Бретань, пока не закончится гражданская война.
– Вы правы, – соглашается Оксфорд. – Если Эдуард снова сядет на трон, юному Ричмонду не жить.
– Значит, так и порешим: отправляем Ричмонда в Бретань. Идемте, надо торопиться.
Справедливости ради отметим, что Генри Тюдор, граф Ричмонд, действительно много лет отсиживался в Бретани из соображений безопасности, но вот со сроками опять ерунда выходит. Мальчика отправили в изгнание, когда ему было 6 лет, то есть когда Ланкастеры начали проигрывать по всем фронтам, а Эдуард Йоркский взошел на престол и нацепил на голову корону. В момент возвращения Генриха Шестого на трон (1470–1471 годы) молодого Ричмонда в Англии вообще не было.
И еще одно замечание, больше похожее на вопрос. В авторской ремарке указано, что вместе с прочими участниками на сцене присутствует Монтегью, младший брат Уорика. Вопрос первый: а как он здесь оказался? Совсем недавно он приносил клятву верности Эдуарду Четвертому, не последовал за Уориком, а далее нигде ничего не говорится о том, что он изменил данному королю слову и переметнулся в стан противника. Вопрос второй: что он вообще делает в этой сцене? Не произносит ни слова, ничего не делает… Чудеса, да и только! Снова попахивает поспешной переделкой текста.
Сцена 7 У стен Йорка
Сцена 7
У стен Йорка
Входят король Эдуард, Глостер, Хестингс и войско.
Прошло время, Эдуард Четвертый с помощью сестры и ее мужа, хозяина богатейшей Бургундии, собрал армию и вернулся в Англию. Войско во главе с нашими тремя героями подошло к воротам Йорка – главного города герцогства Йоркского, вотчины Эдуарда и его братьев.
– Ворота заперты, – озабоченно произносит Ричард Глостер. – Это плохой знак. Если споткнулся на пороге дома, значит, внутри поджидает опасность.
– Да брось, – беспечно отвечает Эдуард. – Мы должны войти во что бы то ни стало, а уж в городе к нам примкнут друзья, тогда никакая опасность не страшна.
Хестингс стучит в ворота. Видимо, уже не в первый раз.
Всходят на стену мэр Йорка с олдерменами.
– Милорды, – говорит мэр, – нас известили о вашем приближении, поэтому мы заперли ворота. Нынче страной правит Генрих, и мы обязаны хранить ему верность.
Эдуард прикидывается чайником и делает невинные глазки.
– Так разве ж я спорю? Генрих король, это да. Но я-то – герцог Йоркский и имею право войти на территорию своего герцогства.
«Главное – просунуть палец, а там уж и вся рука пролезет», – думает Глостер.
– Ну что вы стоите? – нетерпеливо спрашивает Хестингс. – Вы в чем-то сомневаетесь, мэр? Открывайте ворота настежь! Мы друзья королю Генриху, а не враги.
– Ну, коль так – откроем, – сдается мэр.
Уходит с олдерменами со стены.
– Умный мужик, быстро согласился, – констатирует Глостер.
– Ясное дело, он хотел, чтобы все прошло гладко и чтобы ему потом претензий не предъявляли, – замечает Хестингс. – Нам главное – войти в город, а там уж мы и мэру, и всему городскому совету вправим мозги.
Входят внизу мэр и два олдермена.
Эдуард изображает мудрого и спокойного хозяина:
– Ворота, уважаемый лорд-мэр, нужно запирать только на ночь или в военное время, а своего герцога бояться не надо. Давайте сюда ключи. Я смогу защитить и тебя, и весь город, и его жителей.
Берет ключи. Марш. Входит Монтгомери с войсками.
Сэр Джон Монтгомери привел свои войска, чтобы помочь Эдуарду, «как всякий честный подданный обязан». Эдуард от всей души благодарит его за верность, но добавляет (вероятно, не без лукавства):
– Я на трон не претендую, мне нужно только мое герцогство, на которое я имею полное право. А там уж как Господь пошлет.
– Ах вот как? – сердито восклицает Монтгомери. – В таком случае – всего хорошего, я пошел. Я собираюсь служить только королю, а никак не герцогу.
Начинается марш.
– Нет, подожди, не уходи, сэр Джон, – останавливает его Эдуард. – Давай обсудим, что мне нужно сделать, чтобы вернуть себе корону.
– А чего тут обсуждать? Я вам так прямо и заявляю: если вы не собираетесь требовать престол, то я немедленно разворачиваюсь и ухожу, чтобы со своими войсками задержать тех, кто идет вам на подмогу. Если вам не нужен трон, то я в вашей борьбе не участвую.
Вроде как поддерживать короля, пусть и свергнутого, в его борьбе за возвращение власти – нормально и почетно. А поддерживать человека, который сдался и опустил руки после того, как его турнули с трона, – ниже рыцарского достоинства.
У Глостера подобный верноподданнический пафос вызывает только усмешку.
– К чему такая щепетильность, дорогой Монтгомери?
– Я предъявлю свои права на престол, когда мы окрепнем. Но до поры до времени будет правильным скрывать это намерение и делать вид, что я смирился с саном герцога, – поясняет Эдуард.
Обратите внимание: ту же тактику «молчать, сидеть тихо и делать вид, что смирился и всем доволен» избрал в свое время и отец Эдуарда Четвертого, Ричард Йоркский. Вот они, плоды генетики и воспитания. Яблочко от яблоньки.
– А я считаю, что нужно отбросить все сомнения и немедленно браться за оружие, – заявляет воинственный Хестингс.
Глостер согласен с ним.
– Бесстрашные побеждают быстрее! Брат, мы тебя сейчас же объявим королем, информация быстро разойдется повсюду, и друзья толпой потекут к тебе.
– Что ж, будь по-вашему, – говорит Эдуард. – У меня законные права на трон, а Генрих присвоил мою корону.
– Вот это слова, достойные монарха! – одобрительно восклицает Монтгомери. – За такого Эдуарда я готов и в огонь, и в воду!
Хестингс зовет солдата, дает ему некую бумагу и велит читать вслух и громко.
Трубы.
Солдат зачитывает документ:
–
Монтгомери распаляется, бросает перчатку и объявляет, что вызывает на поединок всех, кто позволит себе усомниться в праве Эдуарда на трон. Но таких отчего-то не находится. Все дружно кричат:
– Да здравствует король Эдуард Четвертый!
Эдуард благодарит всех за поддержку, обещает награду в случае удачи и объявляет свой план: они проведут ночь в Йорке, а утром выдвинутся навстречу войскам Уорика и его сторонников.
Вперед, солдаты! Верьте все в успех! Вслед за победой ждет награда всех!Сцена 8 Лондон. Покой во дворце
Сцена 8
Лондон. Покой во дворце
Входят король Генрих, Уорик, Кларенс, Монтегью, Эксетер и Оксфорд.
Уорик встревожен: Эдуард вернулся в Англию во главе сильного войска и двигается к Лондону.
– Ну так соберите армию и прогоните его, – по-детски капризно советует король Генрих.
– Не так все просто, – возражает ему Джордж Кларенс. – Огонь легко затоптать, когда он только-только начал разгораться. А когда бушует пожар, его в одну секунду не погасишь.
Уорик отдает распоряжения: кому из полководцев куда ехать и где собирать дополнительные военные силы.
– А вы, ваше величество, останетесь здесь: верные горожане вас защитят, если что.
Генрих тепло и с благодарностью прощается с каждым по очереди и выслушивает от них заверения в преданности. Уорик назначает соратникам встречу в Ковентри, куда все они съедутся после выполнения заданий по сбору войск.
Уходят все, кроме короля Генриха и Эксетера.