Как-то мама привезла из города целый пакет настоящих яблок. Но, зная нашу прожорливость, – а нас в доме было пятеро детей, – спрятала их до моего дня рождения, обещая испечь для всех яблочный пирог.

– Все, что у меня осталось в детской памяти о жизни на Орловщине, так это вкус и запах яблок, – сказала она. – На Яблочный Спас меня брали в церковь – освящать яблоки. До этого дня считалось, что рвать их нельзя. А еще был Медовый Спас, Ореховый. Это позже о них забыли, а тогда это были одни из самых красивых праздников.

Мама грустно смотрела в свое прошлое. Но мы жили настоящим. И в этом настоящем всегда хотелось есть. Узнав, что у нас в доме появились яблоки, мои сестры, когда родители были на работе, перевернули весь дом, нашли их и съели, хотя мама спрятала кулек в угольный ларь, который был в сенях.

– Из-под земли достанут, – грустно улыбаясь, пожаловалась она соседке.

Следует добавить, что это действие произошло без моего участия, в тот исторический момент поисков сестрами яблок, я гостил у бабушки. Не сомневаюсь, что принял бы в этом действии самое деятельное участие. А так что с них возьмешь – кто успел, тот и съел.

– Ну что, попробовал яблочный пирог? – спросила меня соседка по парте Кларка, с которой я имел неосторожность поделиться намерением мамы сделать мне вкусный подарок. – Из какого сорта она стряпала?

От удивления я даже опешил: неужели яблоки могут быть разных сортов?

– Ну, штрифель, апорт, антоновка или симиренко, – начала перечислять соседка. – Когда я жила в Алма-Ате, то у дедушки в саду ели штрифель, он самый сладкий. Сам во рту тает. А на зиму мы засыпали антоновские или симиренку.

Почувствовав к себе особый интерес всего класса, Кларка начала рассказывать о дынях, персиках и, что меня особенно поразило, о соленых арбузах и моченых яблоках. Насупившись, я молча смотрел на гладкое лицо соседки, чувствуя, что начинаю думать уже не головой, а животом. Зависть – прескверная штука. Мне не хотелось сознаваться, что яблочного пирога я не пробовал. А Кларка продолжала рассказывать о том, что ей, когда она гостила у дедушки, делали шарлотку.

– Вкусно, особенно прямо из печи! – воскликнула она, причмокнув.

Нет, это было уже слишком! И слова-то все подбирает не здешние, а какие-то заморские. Надо же так: одним все, а другим ничего!

– Сама ты моченая, – буркнул я и ни к селу ни к городу пропел: – Эх, яблочко, куды котишься, Кларке в рот попадешь, не воротишься.

– Дурак! – обиделась Кларка.

Много позже и у нас начали появляться яблоки, а затем и апельсины, что напоминало о приближении Нового года. Но яблоки во рту не таяли, они были без вкуса и запаха, точно деревянные.