– Спасибо! – выдавил из себя Батурин. – Спасибо, Володя!

– Пришли, Николай, еще сорок две весточки от благодарных людей. Со всех концов страны. Есть и из-за границы, от капитана Ларса Андерсена. Он прислал и подарок.

Донсков подошел к книжному шкафу, и потеснив книги, вытащил голубую картонную коробочку. Сорвал с торцов липкую ленту – коробочка распалась на части. На ладони Донскова осталась миниатюрная копия морской шхуны.

– «Лелла!» – воскликнул Богунец. – Я ж тоже волок ее к берегу. Только она была драная и без мачт. А смотрите, какая в самом деле красотуля!

– Браво! Браво! – радовался со всеми вместе Ожников. – Не очерствели, так сказать, сердца у людей. Помнят они доброе. Браво, Владимир Максимович!

Движением руки Батурин попросил тишины.

– Вот откликнулись… значит, живут. Растет Иришка… Спасибо, Владимир! Ты напомнил нам всем, что не зря коптим небо. Что мы нужные. И хочется долго, долго жить. Спасибо.

Все встали. Подняли бокалы. Ожников тянул руку, но с ним неохотно чокались. Наташа, видя просветленное улыбающееся лицо Батурина, сияла. А когда сели, был слышен только стук вилок, ножей да сопение Ожникова, разгрызающего куриное крылышко. Как и положено, все заявились в гости полуголодные.

Пришел Михаил Михайлович Комаров. Общее оживление, приветствия и нетерпеливый вопрос Лехновой:

– Где Павел?

– А как Руссов? – вскочил Богунец.

– Все в порядке, Галя. Дома Паша. Отдыхает. А Федор еще полежит. Рано ему на ноги. Тебе, Антон, письмо от него, я в эскадрилье оставил. Так кто тут у нас сегодня родился?

– Блакитный капитан! – торжественно провозгласил Богунец, направляясь к двери.

– Ты куда, Антон?

– В эскадрилью. Одна нога вдесь, другая – там.

– Сядь. Письмо подождет.

– Выкладывай новости! – нетерпеливо потребовала Лехнова.

– Есть Указ о присвоении командиру звена Отдельной «Спасательной» эскадрильи Батурину Эн Пэ звания заслуженного пилота СССР!

Очень уж большого эффекта сообщение не произвело, потому что Ожников пронюхал об Указе раньше, сообщил потихоньку всем, приготовился «огорошить» Батурина, но его опередил вот Комаров. Внешне довольно спокойно принял весть именинник. И, смущаясь, сказал:

– Вряд ли заслужил.