Дмитрий охотно кивнул, и лицо его порозовело от удовольствия. Он даже не смог скрыть улыбку, но, не желая, чтобы я ее видел, отвернулся от меня, направившись в сторону входной двери. Правда, как оказалось, маневр предназначался не только для сокрытия радости – открыв дверь, он распорядился немедля вызвать к нему дьяков Постельного приказа и Смирного-Булгакова, продолжавшего рулить в Приказе Большой Казны.

Выходит, мы с ним думаем в унисон, поскольку я тоже предполагал, что монахине надо явить всю роскошь, обладательницей которой она обязательно станет, как только даст свое согласие.

Пока дожидались дьяков, успели совместными усилиями составить небольшой список даров, которые надлежало отвезти троюродной сестре Дмитрия. К дарам я порекомендовал присовокупить обещание сразу же вернуть ей Дмитров и другие отцовские вотчины, а в придачу что-нибудь эдакое поблизости от Ивангорода, включая торговые пошлины с самого города.

– А это еще зачем? – не понял он.

Пришлось пояснить, что тогда она вроде бы поедет туда вступать в права наследования, и ее визит в те места до поры до времени ни у кого не вызовет недоумения. Кроме того, учитывая, что изъятыми у ее семьи вотчинами несколько десятилетий пользовалась царская семья, будет только справедливо, если помимо Дмитрова в качестве процентов она будет одарена чем-то еще.

Государь в сомнении почесал в затылке, но я устыдил его напоминанием, что если он облагодетельствовал Нагих, которые родичи со стороны матери, и даже Романовым вернул все изъятое, хотя они ему, если призадуматься, никакая не родня, то по отношению к единственной родственнице по мужской царской линии сам бог велел так поступить, иначе получается несправедливо. К тому же и она будет более спокойна, зная, что имеет определенные гарантии того, что не останется без копейки даже в случае моего провала.

Государь озадаченно воззрился на меня и гневно спросил, отчего я помыслил о неудаче.

– Это ты уверен во мне, – пояснил я. – Марфа же обо мне еще не ведает, поэтому нужно пояснить, что, как бы ни сложились дела, все равно она внакладе не останется.

Среди подарков особо тщательно подбирали перстни, причем только с полуохватом, то есть кольцо не соединялось, так что при необходимости его размер можно было увеличить или уменьшить.

С остальным было легче – для ожерелий, колье, браслетов, головных обручей и сережек точные размеры необязательны. Кроме того, я затребовал хорошую косметику и парфюм – белила, румяна, притирания, розовое масло и еще какие-то ароматные эликсиры, заменявшие на Руси духи.