Дальше наступали вечера. Вечером делать было особенно нечего. Далеко не пойдешь. И выяснилось, что Коваль притащил туда Евангелие. Зачем? Не могу понять. Человек, по сути дела, неверующий, как и все мы, читал нам на ночь евангелие. Так я впервые увидел красоту этой книги, он же еще красиво читал. Долго читать не могли, керосин мы экономили и потихонечку засыпали, утром рано просыпались — и опять за хариусом. Вот такая у нас была прекрасная жизнь.

Единственный случай омрачил эту жизнь, и до сих пор я его себе объяснить не могу. Вдруг Коваль неожиданно говорит: «Я завтра должен ехать в Москву». Я говорю: «Юр, ты что?» — «Мне нужно», — говорит. «А почему ты раньше-то не сказал, мы бы как-то по-другому распределили нашу жизнь». — «Мне нужно». Я говорю: «Коваль, одному идти по тайге двенадцать километров через горы, через Чувал невозможно». Туда-то мы втроем шли и договорились, что в такой-то день по Вишере поднимутся лодки нас забрать. Я говорю: «Юра, это безумие». А Ковалю, как говорят в деревне, шлея под хвост попала — ни в какую. «Нет, — говорит, — я пойду. Я дорогу знаю». И ушел…

В 95-м году у меня очень тяжело болела дочь. И вдруг звонок Лёвы Лебедева: «Юра умер». Я грешным делом подумал на другого Юру, а он говорит: «Нет, наш Юра». — «Какой наш?» — «Коваль». — «Ты, — я говорю, — сума сошел». И он заплакал, а я не знал, как себя вести, не мог понять, как это могло случиться. А через три-четыре дня умерла моя дочь. В эти дни у меня была одна проблема — не сообщить ей эту весть, потому что она его очень любила, уважала, они много вместе занимались керамикой, влияли друг на друга творчески, и он тоже к ней очень серьезно относился. Так она и умерла, не зная, что Юрка умер.

Октябрь 2007 года Записала и подготовила к печати Ирина Скуридина

Зоя Шарапова. Рябина

Зоя Шарапова. Рябина

Познакомились мы через Марию Прилежаеву на 50-летии Игоря Мотяшова. Они с Юрой любили друг друга, он вообще всех любил, с Агнией Барто был близко знаком… Юра тогда подошел, посидел с нами, а потом говорит: «Ребятки, вы знаете, я обещал Марию Павловну отвезти домой, но выпил и машину оставлю. Или я вам такси вызову, или вы уж везите ее сами»… Круг наших друзей — Володя Александров с Лидой, Яков Аким с Аней, Богдан Чалый, приезжавший с Украины, — стал расширяться. Мы не встречались часто, но если был случай, когда мы могли быть в этом окружении, — Юра был там и мы с ним виделись.

Однажды Юра был у нас в гостях. Посидел немного и говорит моему сыну Максиму: «А гитара-то у вас есть?» — «Есть». — «Ну-ка давай ее сюда». Максим принес гитару, Юра по струнам прошелся и говорит: «Расстроена, мальчик. Такты запомни, если тебе нужно поправить гитару, то есть дядя Юра, который очень часто бывает в мастерской на Яузе. Ты позвони, приходи, я тебе настрою».