Меня очень любили в этом доме. Но Вы, о мой Господи! который не хотел от меня ни минуты без толики веры, соответствующей моему возрасту, Вы позволили, чтобы, как только я заболела, старшие девушки, которые были в этом доме, особенно одна из них, из-за ревности строили мне различные козни. Они обвинили меня однажды в проступке, который я не совершала, меня очень сурово наказали; это вызвало у меня неприязнь к этому дому, откуда меня забрали из-за длительных и частых болезней.

Как только я вернулась к отцу, моя мать, как и раньше, оставила меня на попечение слуг, поскольку там была девушка, которой она доверяла. Я не могу удержаться указать здесь на ошибку, которую совершают матери, под предлогом набожности или занятости, не придавая значения тому, чтобы держать дочерей подле себя. Ибо невероятно, чтобы моя мать, будучи столь добродетельной, могла так забросить меня, если понимала, что это неправильно. Я не могу также помешать себе осудить эти несправедливые предпочтения одного ребенка перед другим, которые приводят к разделу и утрате семьи, вместо того, чтобы объединять сердца и поддерживать любовь к ближнему.

Отчего я не могу заставить понять отцов и матерей и всех желающих руководить юностью то зло, которое они причиняют, не обращая внимания на поведение детей, надолго теряя их из виду и не занимаясь ими? Это небрежение означает потерю почти всех юных девушек. Сколько среди них тех, которых можно назвать подобным ангелам, и тех, кого свобода и праздность делают сущими демонами? И что самое печальное, матери, притом набожные, губят себя тем, через что должны были спастись: они создают беспорядок в том, что должно обеспечивать их хорошее поведение; и, так как они имеют некоторую склонность молиться с самого начала, они впадают в две крайности. Первая – стремление удержать детей в церкви столь же долго, сколько времени они проводят там сами, что вызывает у тех отвращение к благочестию, каковое я видела у многих людей, которые, как только становились свободными, бежали от церкви и молитв, как черт от ладана. Это происходит так же, как если бы они настолько объелись мяса, что не могли бы больше на него смотреть, ибо их желудок не приспособлен для такой пищи, и нужны силы, чтобы ее переварить. Им можно простить такую неприязнь, ибо, хотя они на самом деле способны, они не желают еще раз подвергаться такому испытанию. С этим связано еще и то, что матери, стремящиеся удерживать дочерей так крепко, что не дают им никакой свободы, уподобляют их тем птицам, которых держат в клетках и которые, сумев как-то выбраться и улететь, больше никогда не вернутся. Вместо этого необходимо, пока они еще маленькие, время от времени давать им простор, дабы их приручить: и поскольку их крылья еще слабы и за их полетом можно проследить, то будет легко их поймать, пока они не скрылись, и этот небольшой полет убедит их возвращаться обратно, в их клетку, и их заточение станет приятным. Я убеждена, что нужно поступать так же и по отношению к юным девушкам, чтобы матери никогда не выпускали их из виду, но чтобы давали достаточную свободу, чтобы они их хорошо поддерживали без притворства, и они вскоре увидят плоды такого образа действий.