Это только два случая среди множества других. И если только Е.П.Б. хотела получить точную информацию по теме, преобладавшей на тот момент в её труде, она так или иначе её получала: из переписки с другом, который находился где-то далеко, или из газеты или журнала, или же во время чтения какой-нибудь книги; и это происходило с частотой и соответствием, далеко выходящими за рамки простого совпадения. Она, однако, предпочитала использовать, насколько возможно, обычные, а не сверхъестественные средства, чтобы не истощать свои силы без необходимости[747].

Шли дни, посетители прибывали и уходили, и графиня начала понимать, что «со всеми она была разная». Она объясняет:

Я никогда не видела, чтобы Блаватская обходилась одинаково с двумя людьми. Она моментально распознавала слабые стороны характера каждого человека, и мне было любопытно наблюдать за тем, какими необычными способами она испытывала людей. Те, кто ежедневно общался с ней, со временем всё лучше узнавали собственное «Я» и духовно росли над собой, если воспринимали практическую сторону её обучения. Однако многие находили процесс обучения малоприятным, так как столкновение лицом к лицу со своими слабостями никому не доставляет удовольствия. Поэтому многие отвернулись от неё, но те, кто смог выдержать испытание и остался верен ей, смогли увидеть в себе внутреннее развитие, которое и ведёт к оккультизму.

О том, как этот способ сработал в её случае, Вахтмейстер рассказывает следующее:

Когда я впервые пришла к ней, я была земной женщиной, баловнем судьбы. Благодаря политическому статусу мужа я занимала известное положение в обществе; поэтому прошло много времени, прежде чем я осознала пустоту того, что я до тех пор считала самым желанным в жизни, и потребовалось долгое обучение и много напряжённых битв с самой собою, прежде чем я преодолела в себе удовлетворённость, порождённую, без сомнения, праздной жизнью, удобством и высоким положением. Очень много должно было быть «выколочено» из меня, если говорить словами самой Е.П.Б[748].

К концу декабря 1885 г. (на тот момент графиня прожила с Е. П. Блаватской не более месяца) был опубликован отчёт Ходжсона. В канун Нового года профессор Селлин принёс Блаватской один экземпляр[749]. Они ожидали увидеть нелицеприятный отчёт, но в действительности он оказался просто сокрушительным: две сотни страниц «свидетельств» «фальшивых» феноменов. «Уходите, прежде чем Вас запятнает мой позор, – сказала графине Елена Петровна. – Вы не можете остаться здесь с погубленной женщиной, презираемой всем миром, на которую везде указывают как на мошенницу и обманщицу»[750].