В подвал я вернулся, когда часы показывали три часа ночи. Меня встретили крики «ура!». Никто не спал, все ждали моего возвращения, чтобы лично поздравить с рождением дочери. Пока я шатался по Москве, Аленка позвонила из роддома и сообщила, что у нас родилась Верочка. Мы заранее решили, что назовем нашу дочурку именно так. В память о ее бабушке Вере Антоновне. Не знаю, откуда появилась бутылка шампанского, но пробка вылетела из горлышка и ударила в потолок, искристая влага, извергая крохотные пузырьки, плескалась в стаканах, и мы выпили в честь рождения доченьки и за здоровье ее мамы. Вы не представляете, как я был счастлив!

В эту ночь я так и не заснул. Не смог.

А впереди меня ждал, пожалуй, самый главный день в моей жизни. События спрессовались до такой степени, что вздохнуть некогда было.

До той деревни, где должно было произойти мое крещение, надо было добираться либо на электричке, либо на рейсовом автобусе. Мы выбрали электричку и договорились встретиться на станции метро «Ждановская». Это был самый удобный и самый быстрый способ совершить пересадку со станции метро на станцию железной дороги, потому что обе они составляли единое целое. Нужно было спуститься в подземный переход, пройти 40 метров, подняться наверх, и ты оказывался уже не в метрополитене, а на платформе, откуда отправлялись пригородные поезда.

Я приехал за 15 минут до условленного срока. Сухачевых еще не было, и я, промаявшись на платформе четверть часа, потихоньку начал заводиться: Лена с матерью и детьми не появились ни через 5, ни через 10, ни через 15 минут. С ними явно что-то случилось. Замаячила реальная угроза, что долгожданное крещение сегодня не состоится. После бессонной ночи и ожидания вестей из роддома испытание для моих нервов, прямо скажу, было нелегкое.

Сухачевы опоздали на полчаса! Не успел я с облегчением вздохнуть, как выяснилось, что ближайшие три электрички отменили по «техническим причинам». Очень удобная отговорка: чуть что, сразу вали на «технические причины». И звучит солидно, и объяснять ничего не надо. Следующий электропоезд пойдет только через полтора часа. Катастрофа! Значит, креститься сегодня мне не удастся! Я скис окончательно и бесповоротно. Но мою крестную так просто голыми руками не возьмешь! «Бежим на автобус!» – решительно скомандовала она и, подхватив детей, побежала на площадь, откуда отправлялись рейсовые автобусы по самым разным направлениям. Я и ее матушка с трудом поспевали за ней. К моему ужасу, из-за отмены электричек толпы желающих уехать из Москвы осаждали автобусы. Но Сухачеву в этот день, похоже, остановить было невозможно. Отыскав нужный маршрут, она сначала без очереди, не обращая ни малейшего внимания на протесты пассажиров, протолкнула внутрь автобуса детей, потом свою матушку и с криком: «Немедленно пропустите! Не видите разве, это народный артист! Мы опаздываем на съемку!» – буквально силой втащила за собой и меня. Подобная наглость совершенно обезволила людей: никто Сухачевой даже полслова не сказал.