Из разговоров с Жан-Жаком Картье Пьер Клодель был славный малый, умный и очень честный. Мне кажется, ему нравилась торговая сторона бизнеса. У него хорошо получалось, с ним было легко, он нравился клиентам. Он не был таким разносторонним бизнесменом, как Пьер, но ведь никто им не был, кроме, пожалуй, Дево.

Из разговоров с Жан-Жаком Картье

Пьер Клодель был славный малый, умный и очень честный. Мне кажется, ему нравилась торговая сторона бизнеса. У него хорошо получалось, с ним было легко, он нравился клиентам. Он не был таким разносторонним бизнесменом, как Пьер, но ведь никто им не был, кроме, пожалуй, Дево.

Перед отъездом в Европу Пьер попросил Дево – лучшего менеджера, которого знал, – приехать в Нью-Йорк и помочь Клоделю вести бизнес. Дево, который руководил парижским филиалом в течение нескольких лет, поначалу колебался. Ни он, ни жена не хотели покидать Францию. Но Пьер был настойчив. У Дево были не только хорошие связи (когда он посетил Пьера в Нью-Йорке в конце войны, они встретились с президентом Рузвельтом, чтобы обсудить «некоторые конфиденциальные сведения», касающиеся роли Дево в Сопротивлении); он знал внутреннюю сторону бизнеса Cartier. И, тесно сотрудничая с Луи, по-настоящему понимал дух Cartier.

Дево колебался. Пьер намекнул ему: если Клод получит парижский Дом, положение Дево там будет неопределенным, поскольку Клод «окружит себя людьми, подобными себе». В Нью-Йорке Пьер уходит в отставку, и Дево может возглавить бизнес вместе с Клоделем, который больше внимания уделяет продажам. Это был хороший аргумент, 38-летний Дево в конце концов согласился – и пересек Атлантику в июне 1947 года.

В начале путешествия Дево остановился в загородном доме Пьера и Эльмы, на ферме Лонг-Мидоу. «Каждый предмет мебели, каждое произведение искусства в многочисленных комнатах фермы Лонг-Мидоу постоянно напоминает нам о вашем присутствии», – писал он Эльме. Это ощущение стало еще более острым в здании Cartier на Пятой авеню, «где каждая деталь отражает личность мсье Пьера». Это не облегчало жизнь, поскольку временами напоминало о «моей собственной неспособности заменить вашего мужа, чью неутомимую работу я полностью осознаю только сейчас».

Пьер и Эльма купили большое швейцарское поместье недалеко от Женевы, которое было частью резиденции императрицы Жозефины. Вилла «Эльма» удачно располагалась на берегу озера Леман, но нуждалась в обширном ремонте. В ожидании завершения работ они останавливались в отелях – сначала в Лозанне, затем в Женеве. Благодаря ежедневным письмам Пьер был в курсе новостей из всех филиалов. Хотя официально он ушел в отставку, продолжал посылать инструкции племяннику в Лондон и зятю в Нью-Йорк. Например, советовал поддерживать «гармоничные» отношения между старшими директорами, потому что «необходимо, чтобы они сотрудничали». Были также предложения о том, кого пригласить на обед, как улучшить показатели продаж к концу года и даже подробности о том, когда конкретные клиенты путешествовали туда и обратно между Америкой и Европой.