Из представления к награде:
«Тов. ЛИФШИЦ в полку с 1939 года. В действующей армии с первых дней отечественной войны. На протяжении всего времени показал себя бесстрашным, храбрым воином, в совершенстве владеющим своей специальностью.
30.10.42 года во время налета вражеской авиации связь часто рвалась от фашистских бомб. Т. ЛИФШИЦУ была поставлена задача, чтобы связь работала бесперебойно. Т. ЛИФШИЦ лично сам, несмотря на разрывы бомб, исправлял линию связи, что давало возможность выполнять боевую задачу дивизиона.
31.10.42 года ЛИФШИЦУ было приказано проложить линию связи на командный пункт. Местность, где проходила линия связи, сильно простреливалось противником. Но т. ЛИФШИЦ ползком протянул связь, задание выполнил своевременно.
Ходатайствую о награждении тов. ЛИФШИЦА Александра Моисеевича медалью „ЗА ОТВАГУ“» (Подвиг народа. 1941–1945. URL: http://podvignaroda.ru/?#id=10770107&tab=navDetailManAward).
Александр Моисеевич Лифшиц был награжден этой медалью 15 ноября 1942 года.
Медаль «За отвагу» (носилась на левой стороне) особо ценилась фронтовиками — ею награждали исключительно за личную храбрость, в основном рядовых и сержантский состав: «И если не поймаешь в грудь свинец, / Медаль на грудь поймаешь „За отвагу“» (В. Высоцкий).
С. 75
С. 75
«Не знаю, кто был тот гений, который изобрел простое и верное средство, но я бы ему поставил памятник (пишу это без всякой иронии). <…> …брали бочку, выжигали или вымывали из нее остатки содержимого, аккуратно выбивали дно, сохраняя выбитую железную основу… два куска дерева точно по диаметру бочки забивались в нее крестообразно, на образовавшуюся крестовину вешали одежду… Дно немножко поливали водой и железную крышку, обмотав для прочности плащ-палаткой, заколачивали сверху. После этого бочка ставилась на камни и под ней разжигали костер… Никакая вошь такого эксперимента выдержать не могла. <…> Вши органически входили не только в быт, но и во фронтовой фольклор» (
Бывшая Сухаревская площадь (по имени башни), ныне Колхозная, — торговое городское пространство, где теснились мелкие ремесленники, стихийные барахолки, лавки и трактиры.
«Жил он у своего дяди Соломона в доме 1/7, угол 1-й Мещанской и Садового кольца, у самой Сухаревой башни, на втором этаже старенького трехэтажного дома. На первом этаже там многие десятилетия размещался продовольственный магазин… <…> Позже, по прочтении „Золотого теленка“, у меня возникла мысль, что трактир, где была заключена Сухаревская конвенция детей лейтенанта Шмидта, находился именно в этом доме, больше вроде бы негде» (