Екатерина взошла на трон при поддержке армии и церкви, подавляющей части дворянства, а также жителей Санкт-Петербурга, которые помогали ей, поскольку характером и личными качествами она разительно отличалась от своего неразумного и деспотичного мужа. В результате заговора она практически не нажила себе врагов и в первые недели правления не встречала никакого противодействия. Тем не менее ее ждало множество сложностей. Она не получила трон в соответствии с установленной в России традицией. Ранее цари наследовали престол, поэтому к ним относились как к помазанникам Божьим. Но последним таким «богоугодным» царем являлся Алексей Михайлович, отец Петра Великого, он умер в 1676 году. Петр в попытке обратить Россию к западному пути постарался изменить образ монарха, введя для него новую, более светскую роль «первого слуги государства». Петр также изменил закон о наследовании, объявив, что трон больше не должен переходить к наследникам по мужской линии, теперь государь был вправе выбирать своего преемника. Но даже по этому новому закону Екатерина не подходила на роль императрицы. Ни Елизавета, которая привезла ее в Россию, ни Петр III, наследник Елизаветы, не назначали ее наследницей русского престола. Согласно старым законам, наследником Петра должен был стать семилетний сын Екатерины Павел. Кроме того, ходили в народе упорные слухи о том, что реальным царем являлся заключенный в тюрьме Иван VI, которого свергли, когда он был еще младенцем, и на всю жизнь заключили в тюрьму. Екатерина пришла к власти, не имея на то каких-либо веских обоснований или прав, она стала, если так можно выразиться, узурпатором. В первое десятилетие своего правления, она находилась в постоянной опасности, была очень уязвима и в любой момент могла оказаться жертвой заговора, мятежа или даже бунта. В первое лето своего правления эти потрясения были еще впереди, но Екатерина уже понимала, что с ней может случиться нечто подобное. Поэтому она начала свое правление с того, что постаралась восстановить некоторые старые традиции. Прежние правители, желавшие облагодетельствовать кого-либо, делали это, раздавая различные привилегии. Екатерина же оказалась в противоположном положении, она сама нуждалась в поддержке и любви. В своем письме Станиславу Понятовскому она сухо говорила: «Последний солдат гвардии, видя меня, думает, что и он к этому причастен. Я вынуждена совершать тысячи странных поступков. Если я буду уступчивой, они будут обожать меня, если же нет – даже не знаю, что может случиться».