XIX

XIX

Роковое пророчество доктора Филиппa. — Опасность войны. — Никто не хочет войны, но каждый к ней готовится. — Упрямство Императрицы. — Пребывание в Италии и Франции. — Разговор с Императрицей-матерью. — Императрица оскорблена. — Моя посредническая деятельность. — Рождение престолонаследника. — Непопулярная война. — Неудовлетворительная военная подготовка. — Сражение при Цусиме

В начале лета я получила от княгини Голицыной письмо с сообщением, что Императрица уже несколько раз осведомлялась обо мне, а кроме того, велела мне передать, что в Петергофе для меня приготовлены апартаменты. Это любезное приглашение побудило меня вернуться из нашего поместья в столицу и сразу засвидетельствовать ее величеству свое почтение. Я нашла Императрицу и весь двор в состоянии большого волнения из-за разных нелепых слухов, которые о ней распространялись. В то время еще никто не мог предвидеть, какие размеры примет планомерная травля Императрицы десятилетием позже и к какому ужасному концу она приведет. По сравнению с чудовищными клеветническими слухами более позднего времени упреки, бросаемые тогда Императрице, были относительно безобидными, но и их вполне хватало, чтобы привести ее в истерическое состояние. Почти месяц я провела в Петергофе, пока императорская чета не уехала в Спалу[1107]. Затем я отправилась во Флоренцию, где гостила на вилле моих друзей Барятинских.

Примерно в это время доктор Филипп исчез из Петербурга, но его дух по-прежнему царил при императорском дворе. В своих пророчествах «доктор» всегда предсказывал, что миссия России — подчинить себе весь Восток, и я думаю, что не будет преувеличением сказать: во многом предсказания французского шарлатана привели к роковой перемене в русской восточной политике. В то время японцы пытались прийти с нами к мирному соглашению, и микадо[1108] послал маркиза Ито в Петербург, чтобы тот заключил союз между Японией и Россией. Но господин Ито был принят так холодно и недружелюбно, что немедленно последовал дальше, в Англию, где его приняли с большим воодушевлением; а следствием этого визита стал англо-японский союз, направленный против нас. Нашей внешней политикой руководил тогда граф Ламздорф, который все служебное время проводил в канцелярии министерства и неукоснительно соблюдал традиции русской политики. Он был решительным противником русско-японского союза и несколько раз подавал прошение об увольнении, когда Император за его спиной принимал внешнеполитические решения. На ход событий повлияли и советы Императора Вильгельма, который постоянно предупреждал о «желтой опасности», стремясь таким образом заставить Россию направить свою военную мощь как можно дальше на восток. Нужно заметить, что все наши министры были решительно против даже мысли о войне с Японией и неоднократно указывали Императору на нецелесообразность такого шага. Сам Император не раз заявлял, что ни в коем случае не допустит конфликта, так как он не желает войны. Но в то же время русская сторона делала все, чтобы катастрофа стала неизбежной. Поэтому никого не удивило, когда в 1904 году японский посол[1109] от имени своего Императора порвал дипломатические отношения с Россией и попросил разрешения уехать. Меня в это время не было при дворе, так как мое слабое здоровье требовало отдыха.