17 марта. Впервые вышла, чтобы глотнуть свежего воздуха. Воспользовавшись прекрасной солнечной погодой, я прогуливалась с Мэри Бенкендорф на террасе. Юные великие княжны были в заснеженном саду с офицером охраны. Анна Вырубова старается привлечь к себе Коцебу, желая использовать его в своих интересах, но я сомневаюсь, что он станет жертвой ее интриг, для этого он слишком умен и хитер.

19 марта. Все очень печально. Все телеграммы, которые Императрица посылала Государю последние недели, сделались достоянием общественности. Императрица возмущена и, думаю, испугана. Враждебное отношение к ней возрастает. Будет ужасно, если дело кончится обвинительным приговором! Я бы очень хотела, чтобы им позволили уехать.

20 марта. Мы потеряли Коцебу. Анна Вырубова послала за ним и подчинила его своему влиянию. Императрица также слушает ее советы. Думаю, что она продумала все с самого начала, и ее власть над Императором так же велика, как и над Императрицей. Ко всему этому ловко примешаны оккультизм, мистика и дьявольские советы! Компромисс с Вырубовой невозможен. Мы полностью ее игнорируем, но императорская чета проводит у нее все вечера и только иногда приходит к нам поболтать о пустяках. Я сожалею об убийстве Распутина, это ужасное и низкое преступление. Невозможно таким образом предотвратить революцию, и она может произойти просто вследствие правления Протопопова.

21 марта. Только что выглянула в окно и увидела Императора на прогулке. Он идет впереди, затем Валя, за ними вахтенный офицер. Жуткая боль овладевает мной: вот до чего дошел тот, который владел всеми благами земли и преданным ему народом! Как прекрасно могло бы быть его правление, если бы он только мог понять требования времени! Важные события! Новый министр юстиции Керенский с новым комендантом[1198] и многочисленной свитой прибыли к нам с инспекцией и чтобы забрать с собой Вырубову. Императрица в отчаянии.

24 марта. Была у Императрицы. Говорили о предстоящем отъезде Вырубовой и о том, кто будет ее сопровождать. Она сердита на молодых фрейлин, так как во время болезни они не были у Вырубовой. Я ответила: «Это потому, что они знают, как много зла она Вам принесла». Императрица рассердилась и закричала: «Анна всю жизнь посвятила мне, это нехорошо с вашей стороны — так говорить о ней, я никогда не смогу вам этого простить!»

25 марта. Трогательное, возвышенное и бесконечно печальное богослужение. Священник[1199] прибыл, чтобы исполнить лишь то, что положено по службе, не говоря лишнего слова. Только в конце службы, протягивая нам крест для целования, он прознес короткое напутствие, в которое вставил несколько добрых, утешающих слов. Комендант и его люди присутствуют на богослужении от начала до конца и не спускают со священника глаз. Я была у Императрицы и посоветовала ей, ввиду приближающихся святых дней, забыть свой гнев в отношении фрейлин, которые всегда выказывали ей свою преданность. Меня тронуло, когда она сказала: «Император должен был отречься от престола для блага страны. Если бы он отказался, разразилась бы гражданская война. Самое главное — это благо России. Если его можно достичь без нас, тем лучше!» Позже меня навестил комендант. Он мне понравился: человек, который желает добра, убежденный республиканец, верящий в то, что общественное движение приведет к лучшему будущему, воодушевленный идеей завоеванной свободы[1200].