Светлый фон
[сестра Нарышкиной — А. А. Козен],

9/22 января. Большой парадный обед. Из царской семьи один Михаил Александрович[1226], остальные — в опале. Братиану много разговаривал с государем и совсем им очарован. Молодой принц прелестен, мне так бы хотелось, чтобы предполагаемое состоялось…[1227] Продолжительный cercle[1228] после обеда, очень утомительно. У императрицы был нездоровый вид, и она была одета не к лицу.

10/23 января. Вильсон предлагает мир (во второй раз), а также соглашение между всеми странами, включая Америку: международная армия или какое-нибудь интернациональное учреждение для обеспечения мира. Какое же это будет учреждение? Конечно, одни евреи. Таким образом, они будут диктовать свои законы всем народам. Разумеется, мир будет восстановлен, но сколько еще борьбы и какое порабощение! Предложение будет отклонено, и война продлится с новой силой, но когда-нибудь придется к этому прийти, да сбудется Писание!

11/24 января. У меня был председатель Государственного совета Щегловитов. Он считает нужным поддерживать правительство, а основные реформы отложить до конца войны, если начать сейчас, «все распадется». Я ему сказала, что держусь того же мнения, но что, по-моему, следует пойти на некоторые уступки. Спрашивает: «На какие?» Говорю: «Сместить Протопопова». Он его не защищает безусловно, находит, что ему следовало уйти, когда был назначен Трепов[1229], понимает, что Дума относится к нему с возмущением, считая его ренегатом, но не видит повода для такой ненависти.

12/25 января. Молебен в Александровском дворце по случаю именин Татьяны Николаевны[1230], затем визит кн. Голицына. Он мне понравился: нет у него ни тщеславия, ни самоуверенности, понимает серьезность своей задачи. Я ему сказала, что в Думе он должен взять на себя роль миротворца. В ответ: «Позвольте бывать у Вас и пользоваться вашими указаниями; они для меня очень ценны». После него Михайлов бр. помощь и Miss Hapgood[1231].

13/26 января. Утром был Григорьев[1232] с отчетом нашего общества[1233]. Отменно. Завтра снесу отчет императрице. Рассказал мне, будто ненависть к Протопопову вызвана теми 50-ю тысячами, которые он дал Гр., чтобы стать министром; уверяет, что знает это из верного источника, но что это за источник? Если так, то это характеризует человека. Лично я прежде всего осуждаю его лживость и лесть императрице. Опять стужа, не решилась выехать. Навестила раненых. Латыши сражались отлично и дошли бы до Митавы, но в одном из наших полков, сменивших их в окопах, все перепились!!! Поголовно, начиная с офицеров. Солдаты хотели продолжать наступление, но командовать было некому; они последовали примеру начальства, и латыши были вынуждены отступить!!!